За те пару месяцев, что я её не видел, она, казалось, вытянулась и похудела так, что джинсы на ней стали болтаться, блузка же, напротив, натянулась на округлившейся груди.

— И ты тут?! — наткнувшись на меня взглядом, с недовольством воскликнула она и, подойдя к матери, чмокнула её в щёку. — Почему ты не сказала, что у нас Макс? Я бы осталась в школе.

— Перестань, Лиза, — выдохнула мама. Окинула Лизку взглядом. — Иди переодевайся, обед готов.

— Так вот ты где, — следом за сестрой в дверном проёме появился Денис, и я выругался сквозь сжатые зубы. — И долго ты будешь отсиживаться по углам?

Я гневно глянул на мать, после на брата.

Догадаться, кто сказал ему о том, что я тут, было несложно. Не желая выслушивать от Дэна по поводу Куратова и его сестры, я игнорировал его звонки. И не только его. Отдав несколько распоряжений, выключил телефон и несколько часов, не чувствуя ничего, помимо ярости, гонял по придорожным трассам. Сестра Вандора… Чёрт подери! Из всех баб, что были в моей жизни, подпустил я к себе именно эту! Тварь… Породистая высокомерная тварь! Свободы ей захотелось? Поиграть в безродную дочку любящих родителей? Приключений на задницу?

— Иди к чёрту, — рыкнул я, отворачиваясь.

— Сейчас сам к нему покатишься, — вмиг он оказался около меня и, схватив за ворот, дёрнул на себя. — Какого хрена ты молчишь, Макс?! — в голосе его слышалось раздражение. — Ты у меня сейчас так пойдёшь, что…

— А ну хватит! — прикрикнула на нас мать, и Дэн, разжав кулак, сделал шаг назад. Глаза его зло сверкали, челюсти были сжаты, по скулам ходили желваки. Я, должно быть, выглядел не лучше. Может быть, отсиживаться тут в самом деле было далеко не лучшей идеей, но говорить о Марике готов я не был.

Ни о ней, не о её зарвавшемся брате. А Дэн молчать бы точно не стал, и оба мы это знали.

— Что вы как… — махнула она рукой. — Успокоились, оба! Что вообще происходит, скажет мне кто-нибудь?

Уголок рта Дэна дёрнулся в недоброй усмешке. Я глянул на него с предупреждением, и он, хмыкнув, отвернулся. Не дождавшись ответа, мать бросила на стол пригоршню ложек, и те, звякнув, разлетелись в стороны.

— Это что? — Лиза, переодетая в мягкие вельветовые штаны и белую футболку, вновь появилась на кухне.

В руках она держала пакет с окружённой вензелями буквой «А». У меня даже из головы вылетело…

— Привёз тебе подарок, — бросил я, глядя на неё.

А ведь действительно выросла… Внезапно я посмотрел на неё совершенно иначе — не как на младшую сестру, а как на вполне взрослую, оформившуюся девушку и почувствовал очередной прилив раздражения. Её длинные каштановые волосы были собраны в высокий хвост, футболка плотно обтягивала грудь, глаза были подведены чёрным, на губах — перламутровая помада.