– Чем скорее мы проясним этот вопрос, тем быстрее приступим к обсуждению более важных.

Сиваар повернулся к своему командиру, терпеливо ожидающему за столом. Лишь нервно барабанящие по столу пальцы выдавали нетерпение Коотина. Сиваар быстро довел ему все, о чем только что спорил с атаманом. Алвер, прищурив глаза, напряженно наблюдал за ними обоими, при этом не разбирая ни слова из их разговора, что заставляло его нервничать еще больше. Мне, в этом плане, было немного легче, ведь я понимал обе стороны и надеялся, что об этом никто не догадывается. Правда внезапно открывшееся во мне знание языка Черного герцогства никак не улучшало той ситуации, в которой мы оказались.

Коотин, выслушав Сиваара, встал из-за стола и, наклонившись, оперся кулаками вытянутых рук о столешницу. Затем молча перевел взгляд с меня на Алвера, и обратно.

– Скажи этому гаденышу, – наконец вымолвил он, – что мы в знак нашего сотрудничества отдадим ему всех троих пленников, но не за просто так. Подробности цены мы обсудим наедине. А пока уведите пленника.

– Но…, – было заикнулся Сиваар, но взгляд, которым одарил его командир, так и оставили дальнейшие слова невысказанными.

Вместо этого он повернулся к Алверу, изобразив при этом на лице великодушную гримасу.

– Можешь забирать их, – сказал он. – После того как мы обсудим кое-какие условия. Карнииген выведи пленника и оставь на улице. Позже мы отдадим их геронцам. Женщин усади рядом. Нечего им делать в шатре. Пусть люди идут спать на свои места. И проследи чтобы их никто не трогал. Тебе понятно?

Карнииген молча кивнул, а затем быстро подошел ко мне и ухватив меня за ворот рубахи, поднял на ноги, а затем поволок меня за собой.

Мне ничего не оставалось, как только быстро засеменить ногами. У самого выхода, моя левая нога подогнулась, и я упал, но герцоговчанин не ослабил хватки и темпа. Не обращая никакого внимания на то, что я упал, он волоком вытащил меня из шатра и, дотащив до ближайшего дерева, толкнул меня к стволу. Я, тяжело дыша, сел, прислонившись спиной к твердой древесной коре. Затем Карнииген велел одному из воинов, сидящих у костра охранять меня, а сам зашел в общий шатер за Мари и Квинтой. Люди Алвера, стоявшие на окраине стоянки герцоговчан, с интересом переговаривались, а завидев меня удивленно выпучили глаза, то и дело толкая друг друга в бока локтями и тыча в меня пальцами. Видимо они были ошеломлены не меньше чем их атаман. Я отвернулся, не желая смотреть на весь этот сброд. Карнииген вынес из шатра все еще недвижимую Мари. Следом за ним шла, спотыкаясь на каждом шагу, растерянная Квинта. Она выглядела очень подавленно, идя она горбилась, что придавало несколько лет ее настоящему возрасту.