Вы в курсе, что некоторые сорта роз своим ароматом убыстряют сердцебиение? А кое-какие кактусы выделяют яд? Флоксы могут спровоцировать приступ астмы? Думаете, букет ерунда?

– Лавка на Тушинском рынке, – пробормотала я, – немой старик. Он провел меня в потайное помещение, где в холодильниках ждали своего часа красные горшки с амазонами, а я, решив щегольнуть эрудицией, спросила: «У вас есть «Tiger Spectacular»?», произнеся название по-латыни. Обычный покупатель просто требует фиалки. А вот желающий приобрести амазон говорит пароль, думаю, это точное латинское наименование – «Tiger Spectacular». Когда дед понял, что я не покупатель, он быстро вытолкал меня вон, наврав про коллекционные экземпляры. Я не ошиблась?

Оля тряхнула головой.

– Не знаю ничего про амазоны, но ты профан. Есть фиалка «Lyon’s Spectacular», а не «Tiger Spectacular». Эрудиции тебе не хватило, назвала цветок неверно, все перепутала. Может, тебе книги почитать?

– И угодила в точку! – подпрыгнула Зоя. – Случайно назвала пароль. Вероятность такого совпадения одна на миллион. Но она произошла!

Я вскочила и подбежала к прилавку.

– Ты следила за Игнатьевым и Ласкиным. Разведала их привычки, узнала, что ученый предпочитает спать в маленькой комнате один, выяснила, что у Ласкиных разные спальни. И доставила им амазон. Ты знала, что Марина Степановна, жена профессора, аллергик, а он никогда не выбросит подарок от дочери, следовательно, амазон стопроцентно очутится в его келье. Опасен цветок лишь одну ночь, в момент цветения, наутро листья скукожатся, почернеют, горшок спокойно выбросят. Но почему, передавая растение Игнатьеву, ты прикинулась Лизой? Нацепила парик, имитирующий ее волосы? И ты каким-то образом ухитрилась пристроить амазон в кабинете Виктора Михайловича. Как?

– Здорово, да? Эта растрепа из себя барыньку корчила. Я к ним нанялась сад в порядок привести, запросила за это небольшую цену. Чем у человека больше бабок, тем он жаднее. Выиграла я «тендер», наняли они меня. Так эта рыжая сволочь вечно ко мне приматывалась, замечания делала, приставала, корчила из себя, блин, Тимирязева с Мичуриным, а сама грушу от яблока не отличит! Довела меня своим хамством и беспардонностью до ручки. Наорет, унизит, убежит, вернется через час и, словно ничего не случилось, щебечет!

– И ты придумала, как ее подставить, – кивнула Зоя, – отлично изучила семью Игнатьевых, сначала отправила туда Сеню с цветком, позже приволокла коробочку с крысой, хотела, чтобы перед смертью бывший аспирант узнал, почему умирает, напомнить ему про Настю. Нацепила рыжий парик, так, на всякий случай. Ты понимала, что кончину профессора сочтут естественной, никто и не вспомнит о курьере с горшком, а о девушке с коробкой Игнатьевы никому не сообщат, но… вдруг? И тогда под подозрение попадет Елизавета.