Давай я из тебя хостес сделаю, будешь гостей до столиков сопровождать, меню им подавать.

– Голой? – уточнила Катя.

– Да, – кивнул Вентилятор.

– Нет, – отрезала Катерина.

– Уходишь? – спросил управляющий. – И куда? Тебе еще восемнадцати нет, легально на полный день нигде не возьмут, официально копейки получишь и все равно на панель выйдешь. Ну не сегодня, так через неделю у метро «Динамо» на точке очутишься, но там стремно, а у нас спокойно, люди приличные.

Чтобы окончательно уговорить симпатяшку, Вентилятор кликнул Машу, и они вдвоем начали обрабатывать Яркину.

В конце концов, Катерина сказала:

– Я ушла из дома, жить мне негде, денег нет, вернуться туда не могу. Но стать проституткой тоже не могу, лучше утоплюсь.

– Не надо, – испугалась Пивоварова, а Вентилятор вдруг стукнул ладонью по столу и заявил:

– Придумал! Такого ни у кого еще не было!

На следующий день Катя появилась в зале с подносом в руке. На фоне девушек, имевших на себе из одежды лишь стринги и крохотные наклейки на сосках, Яркина смотрелась весьма странно. На ней было черное платье в пол и белый кружевной фартучек. Платье имело высокий воротник, который полностью скрывал шею, руки прятались в шелковых перчатках.

Нигде ни кусочка голого тела, из-под подола лишь высовывались туфли на высоком каблуке. Волосы Кате завили «штопором» и перехватили лентой с бантом, лицо было открыто, копна кудрей разметалась по плечам. Макияж Яркиной нанесли минимальный, глаза не накрасили, губы чуть тронули розовой помадой.

Посетители моментально дали новенькой кличку Монашка и стали усиленно домогаться девушки. В карман фартучка Катюши засовывали банкноты, мужчины обещали ей квартиры, машины, бриллианты, но Катя тихо отвечала:

– Спасибо.

Я не продаюсь.

Вентилятор потирал жадные ручонки и не успевал нахваливать себя за сообразительность. Катя приносила большой доход, постоянные клиенты заключали пари, кто из них сумеет уложить девочку в постель. Сергей сделал календарики, на которых были сняты полуобнаженные официантки в компании с Катей в полном обмундировании, и продавал их клиентам. Они шли влет. Все, связанное с Яркиной, приносило тысячи. После смены официантки складывали чаевые в коробку, эти деньги равно делились на всех, включая охрану и Вентилятора.

Некоторые девицы жульничали, утаивали часть заработка, а Катюша всегда честно отдавала всю сумму, кстати, она получала намного больше вознаграждения, чем остальные. За эту честность, неконфликтный нрав, желание помочь Яркину полюбили все, включая Вентилятора, который говорил:

– Катюха, помни, сейчас ты невинный голубок, юное создание. А вот лет через семь-восемь начнешь превращаться в старую деву, после двадцати пяти бабы уже не канают под наивняк, это смешно выглядит.