– Любишь действовать в одиночку?

– Конечно, нет, – вздохнула я, – в команде всегда лучше, но до сих пор мне не попадались люди, считавшие, что я делаю что-то стоящее. И от бывшего мужа, и от некогда лучшей подруги я всегда слышала одну фразу: «Перестань заниматься глупостями». Никак не могла объяснить им, что, распутывая очередной клубок, я собираю материал для нового романа. И потом, очень интересно докапываться до истины. Вот, например, история с Лизой. Куда пропала Катя? От мачехи и следа не осталось, ушла из дома и не вернулась.

– Такое случается, – вздохнула Зоя, – знаешь, сколько в одной Москве людей пропадает? Иногда человека сбивает машина, труп без документов оказывается в морге среди неопознанных.

Родственники его везде ищут, а тело лежит в холодильнике, спустя положенное время его хоронят в общей могиле. Это весьма распространенная ситуация.

– Ага, – протянула я, – вот только горничная Женя видела, как Катя уходила вместе с Лизой. Матихина сразу узнала дочь хозяина, та намотала на шею приметный шарф. И еще, Лизаветины волосы ни с чьими не перепутаешь, мелко вьющиеся, огненно-рыжие кудри.

Теперь вспомним о смерти Виктора Ласкина. Здоровый, полный сил мужчина средних лет внезапно умирает от… сильно запущенного онкологического заболевания.

Зоя не усмотрела в этом ничего особенного.

– Бывает. Российские мужики не любят ходить по врачам, поэтому и загибаются сразу после шестидесяти. Рак хорошо лечится, если он вовремя диагностирован.

– У Ласкина по заключению эксперта были многочисленные поражения внутренних органов, – продолжала я, – буквально живого места в теле не осталось.

– Ничего удивительного, – спокойно сказала Зоя, – потому он и умер.

– Внезапно? Во время еды? Не испытывая ни малейшей боли? Ни разу не пожаловавшись на дискомфорт? – налетела я на Зою. – Когда Виктор предложил мне написать книгу для Елизаветы, мы сидели в его «Майбахе», оснащенном кофемашиной и СВЧ-печью. Бизнесмен с отменным аппетитом лопал свиную отбивную, намазывая ее хреном, жареную картошку с грибочками, залакировал еду кофе-эспрессо, с наслаждением закурил сигарету. Никаких таблеток он после обильной жратвы не принимал, а вдыхая дым, ни разу не кашлянул. Очень похоже на человека, чьи легкие и желудок вот-вот откажутся ему служить?

– Ну нет, – согласилась Зоя, – хотя могу предположить, что Ласкин, поднявший собственный бизнес в суровые девяностые, обладал сильным характером.

Вероятно, он скрывал недуг от молодой жены, не хотел, чтобы та нервничала, знал, что умирает, и пытался до последней секунды держаться стойким оловянным солдатиком.

– Сама-то в это веришь? – спросила я. – Мой бывший едва термометр показывал тридцать шесть и девять укладывался в постель и прощался с жизнью.