Постепенно, шаг за шагом и с огромным недоумением в памяти Евы воссоздаются вчерашние события.

– Сколько времени? – спрашивает она.

– Пять вечера. Ты проспала пятнадцать часов.

– Боже мой. – Она расстегивает молнию на спальнике. – Жутко хочу жрать.

– Отлично. Приводи себя в порядок и пойдем что-нибудь съедим. Я там положила тебе новую одежду.

Когда они покидают кафе, изморось переходит в дождь. Машины на шоссе летят непрерывной чередой, шипя в серой пелене тумана. Вместо того чтобы вернуться к дому, Вилланель ведет Еву к покрытым граффити гаражам. Последний в ряду закрыт роллетом из оцинкованной стали и усиленным кодовым замком, который Вилланель и открывает. Внутри сухо, чисто и на удивление просторно. Вдоль одной из стен стоит ремонтный стенд для мотоциклов, у другой стены на полках лежат шлемы, бронированные кожаные жилеты, штаны, перчатки и ботинки. А посередине на стойке ожидает вулканически серый мотоцикл «Дукати Мультистрада 1260» с багажником и закрепленными кофрами.

– Все уложено, – говорит Вилланель. – Одеваемся.

Через пять минут она выкатывает «Дукати» из гаража и ждет, пока Ева опустит и запрет роллет. Дождь перестал, и две женщины некоторое время стоят и смотрят друг другу в глаза.

– Ну что, готова? – спрашивает Вилланель, застегивая молнию на куртке.

Они надевают шлемы и садятся на мотоцикл. Шепот двигателя переходит в бормотанье, луч передней фары разгоняет мрак впереди. Вилланель медленно едет по боковой дороге, давая Еве время поймать равновесие и усесться, плотно к ней прижавшись. Она дожидается паузы между машинами, бормотанье двигателя перерастает в рев, и они уносятся прочь.