Я тоже начинаю смеяться и остервенело тру мокрые щеки. И в самом деле, не время сырость разводить. Радоваться надо! Привыкать быть счастливой.

- Рад за тебя, Ра-я, - понижает он голос, - постараюсь освободиться пораньше и встретить тебя из кафе.

- Спасибо. Люблю тебя.

- Это хорошо… Целую.

Первую половину дня я слоняюсь по квартире сама не своя. Не могу осознать свою новую реальность. Мне хочется то плакать, то смеяться. Герман звонил еще несколько раз в течение дня, но я почти не помню, о чем мы говорили. Отвечала невпопад или вовсе молчала.

Для первой встречи с отцом я выбираю платье.

Над глазами рисую стрелки, а волосы оставляю распущенными.

Кафе это я знаю, были там пару раз с Полиной. Оно находится в соседнем районе, всего три остановки на общественном транспорте, но я все равно еду на такси.

Прогуливаюсь в сквере неподалеку и к кафе подхожу все равно раньше назначенного времени.

- Добрый день! – встречает меня девушка в розовом брючном костюме, - чем могу быть полезна?

- Здравствуйте… - мямлю еле слышно, - у меня здесь назначена встреча.

- То есть, столик заказан уже?

- Эмм… я не знаю. Посмотрите на имя Николая Александрова.

Кажется, я впервые произношу это имя вслух. Мысленно я, конечно, всячески его склоняла. Примеряла на себя его фамилию и даже фантазировала на тему, какой была бы моя подпись, носи я фамилию отца.

- Да, столик забронирован, успокаивает меня девушка, - идемте, я вас провожу.

Я сознательно сажусь за стол так, чтобы видеть главный вход. Хочу запомнить момент, когда папа войдет в эту дверь.

Бездумно листая папку меню, принесенную официантом, не пропускаю ни одного нового посетителя.

Женщина с двумя детьми. Два подростка. Три девушки с кучей разноцветных пакетов, видимо, после шоппинга. Парень с мальчиком лет восьми. А сразу же после них… мужчина среднего роста в голубой рубашке – поло и джинсах. Оглядываясь по сторонам, нервным движением руки убирает волосы со лба.

Мое сердце с силой толкается в ребра. Кожа покрывается мурашками.

Это он.

Совсем не такой, каким я себе его рисовала. Даже, можно сказать, полная противоположность выдуманному мной образу, но отчего-то точно знаю, что это мой отец.

Нутро стягивается в узел, а каждая секунда растягивается в вечность. Вот он спрашивает что-то у хостес, быстро кивает ей в ответ. А затем, как в замедленной съемке следует взглядом в направлении взмаха ее руки и замечает меня.

Я перестаю дышать. Чувствую, как холодеют щеки, и рефлекторно подскакиваю на ноги, когда вижу, что он начинает двигаться в мою сторону.

Не дойдя пары метров, останавливается и снова убирает со лба челку.

- Здравствуй, Раиса.

- Здравствуй…те… - сипло мямлю я.