Сопоставимо ли с той информацией, что ты нам дал. Логикой-на чуть-чуть попользовались. Задумались: зачем Бурко надо было взрывать лабораторию? В результате получили вывод: работы по вирусу начал он. Выпустила его случайность. Но даже то, что ты сейчас рассказал, подтверждает теорию, что Бурко что-то замышлял-на: нормальный человек свою армию не собирает. А вот то, что он в соседней области княжит — это уже большой сюрприз. Насчёт этого думать будем-на, что нам дальше делать.

— А есть идеи? — осторожно спросил я.

— Насчёт тебя только есть, — ответил подполковник. — В «Шешнашку» прорвёшься-на — считай, что кровью искупил. Понял-на? Это тебе за грех неразумения, за то, что не подумал вовремя, с чем играешься. А вот насчёт Бурко-на… не знаю пока. По-людски — так надо бы наказать. Но это война полноценная, жертвы, чужая территория. А людей и так мало осталось. Думать будем-на. А ты иди давай, занимайся по плану, тебе есть чем заняться. Кстати, насчёт Технической библиотеки мне рассказали — хорошее дело.

Если добудешь информацию — век не забудем. Всё, свободен, дел полно-на.

22 апреля, воскресенье, день

С «делегацией» обратно на базар приехало двадцать человек этих самых «чёрных», при этом на самом деле «чёрных» было из них половина, десяток. Вторую половину составляли очень серьёзного вида вояки, все возрастом к тридцатнику, которые приехали на двух «Выстрелах». С оплатой «постоя» не обманули — с ними пришёл КамАЗ, в котором помимо бочек с топливом было ещё шестьдесят АКМ, явно с какого-то склада длительного хранения, и пяток ПК первой модификации, ещё с коническим пламегасителем.

Серьёзная заявка на то, чтобы считаться щедрым партнёром. Гости не мелочились, короче.

Первый день их присутствие напрягало, но затем о них просто забыли. Гости не гнушались услугами «банных дев», с удовольствием пили водку и не мельтешили, даже модную свою форму сменили на самую обычную военную «флору», а свой приметный транспорт убрали в ангары возле канала, где выставили охрану.

И тем самым совершенно слились внешне с толпой «торговцев» и других людей из процветающих ныне общественных групп.

Маялся только Валера. Причём, к своему собственному удивлению, маялся сильно, даже отклонил предложение гостей разделить с ними радость совместного распития водки в бане. Не нравились ему эти гости, не нравились — и всё тут. Насмотрелся он на подобных личностей на подхвате бесконечных влиятельных людей, окружавших его со всех сторон.