Без них тушу восьмого ранга толком не оценишь, а перекупам отдавать — только потерять деньги. За тушу дали сорок пять тысяч, за мелких монстров — ещё десять. Кристалл силы… я не решился продавать.

— Кристалл силы? — уточнил я. — Что это?

— В монстрах с шестого ранга и выше иногда формируются кристаллы. Эхо, которое они поглощают, собирается в одном месте и уплотняется в камень. Чем выше ранг, тем больше кристалл и тем мощнее в нём энергия. В восьмом ранге, да ещё у тьмы, она особенно ценна. Такая энергия используется для подпитки щитов, техники. Это основные источники энергии.

Оценщики предлагали восемьдесят тысяч, потом даже сто. Но, во-первых, по законам аристократии продать его без вашего согласия я не могу. А во-вторых… сто тысяч — смешная цена. В Москве, на аукционе, можно выручить в несколько раз больше.

Я снова кивнул, глядя на ровные линии эхо, исчезающие среди стволов леса. С такими цифрами моя идея об единой форме для дружинников уже не казалась несбыточной. Всю оставшуюся дорогу мы молчали, а я думал о свадьбе, о кристалле, о прибывшем богатстве, но прийди к какому то финальному мнению у меня не получилось.

Все таки это не математическая формула, которую можно просто было решить. даже если эту формулу не могли решить сотни лет. Тут замешаны отношения с людьми, неизвестный для меня артефакт и неполное понимание финансовой ситуации в этом мире.

Мы выехали из густого леса, и дорога начала спускаться к реке. За поворотом открылись корпуса заводов. Всё выглядело довольно оживлённо, не стандартно для обычной заводской атмосферы : вдоль забора тянулся ряд припаркованных машин — от грузовиков до дорогих легковушек, которых я точно не видел в своем гараже, и вряд ли снова увижу.

Возле главных ворот толпились люди: рабочие в спецовках, какие-то чиновники, даже парочка военных в парадной форме. Несколько человек с большими чёрными кейсами и треногами явно готовили съёмку. Камеры уже стояли, объективы повернуты к проходной, словно ждали какого-то события.

— Что здесь происходит? — спросил я, не скрывая удивления.

Максим Романович только слегка усмехнулся, но отвечать не спешил. Машина медленно проехала мимо толпы, и я почувствовал на себе десятки взглядов. Мы проследовали на парковку и я понял почему была выбрана именно эта машина - вероятнее всего лучшее, что имеется в наличии.

Также стало понятно, почему Яков решил отправить меня к заводам и не дал начать беседу. Хотел чтобы я приехал вовремя и не опоздал ни на минуту, зная его любовь к появления в нужное время в нужном месте. Видимо я задумался об этом слишком явно, и это смог прочитать Максим по моему лицу и теперь хищно скалится во все тридцать два.

Утро в столице давно перестало быть временем сна. Для него — точно.