– Дети ни при чем? – Я начала остывать.

– Да, – твердо повторил Кин. – Конечно, вопрос детей интересен, мы вчера все им заинтересовались. Но прежде его надо обдумать, а сейчас на это времени нет.

Сглотнув, решила, что и мне, прежде чем злиться, стоило бы как следует поразмыслить. Хотела бы я нашего общего ребенка? Конечно, если абстрагироваться от необходимости выживать на смертельно опасной планете. Это означало бы, что я окончательно выбрала сторону эдаити, сторону Кина…

– Нет. Никаких детей, – вмешался он сам, вновь реагируя на мои мысли. – Если я исчезну, не выбирай другого мужчину, чтобы объединиться для ребенка. В сравнении со мной всякий будет ужасен, ведь я совершенен. И помни, такой ребенок будет обречен на деградацию.

Совершенен?! Я опешила: кое-кто сегодня вволю наслушался моих восторженных мыслей в свой адрес. Со вздохом попыталась исправить впечатление:

– Ты не совсем верно понял. Дети – лишь одна из многих причин, по которым мужчина и женщина выбирают друг друга. Тут много всего, нужно время, чтобы объяснить… Что до меня, то к ребенку я сейчас точно не готова, можешь не переживать насчет другого мужчины.

– А чего ты хочешь? – Кин смотрел серьезно, чуть приподняв мое лицо, придерживая рукой подбородок.

Он не говорил, но я чувствовала: время уходит, уже ушло. Поэтому ответила, выдав свое самое заветное желание. Единственное желание.

Эдаити, действуя с присущими ему стремительностью и напором, прижал к себе, соединив наши губы в поцелуе. Прикрыв глаза, впитывала в себя это ощущение полной близости, не зная, испытаю ли его еще когда-нибудь.

Дверь хлопнула. Я открыла глаза, чтобы убедиться: Кин ушел. Все они ушли, вероятно.

Ноги затряслись, я бессильно осела на пол. Что случится сегодня? Снова бойня…

С чувством обреченности привалившись виском к кровати, просидела несколько часов. Желания выходить и выяснять реакцию жителей общины на исчезновение невероятных гостей не было. Снова и снова я думала о словах Кина.

Он оставил мне цель. И мне предстоит ее выполнить, других вариантов нет.

Пришло время не ждать, а действовать, выбрав наконец свою судьбу.

Нападение началось в тот самый миг, когда розовый восход окрасил горизонт сиреневыми красками, а на планету обрушился ультразвук, готовый свести с ума всех, кто реагирует на его воздействие.

Эдаити, ведомые Кином и Оршем, на максимальной скорости преодолели расстояние до выхода из подземного лабиринта, прекрасно различая в темноте узоры-насечки на стенах. Одежда из пластин сопры оправдывала себя полностью – собратья, оставленные для охраны на подходах к жилой пещере, не осознавали их приближения до последнего момента.

Вот и поверхность – склон, облюбованный летающими мантами.

Идея, как направлять их, возникла еще вчера.