– Там пиццу привезут, пропустите?

– Пиццу? Да, конечно.

– Спасибо, вы милейшая женщина.

– Пф… – я прыснула, не удержавшись, так и хотелось запустить чем-то тяжелым в этого лицемера.

Но когда дверь закрылась, и Егор возник около ширмы, вздрогнула снова.

– Мне так нравится, когда ты пугаешься, и халатик милый.

– А у тебя шорт короче нет? Ты под ними стринги носишь?

Гор стер с лица улыбку и нахмурил брови, Рома где-то в стороне засмеялся.

– Она тебя уделает, Гор.

Кто кого уделает, было еще неизвестно, но я теряла самообладание.

– Блок, удар! Еще! Еще! Сильнее, Ром, блок. Отходи, да, молодец, вот так.

Тренер отдавал приказы, стоя у канатов ринга, а я наблюдала из дальнего угла тренировку Романа с каким-то парнем. Парень был такой же крепкий, как он, такого же роста, но кожа светлее и без татуировок. На нем был надет шлем, волосы длиннее, чем у Романа, и светлее.

Я не могла разглядеть с такого расстояния его лица, а вот Рома действовал быстро, резко. Группировался, отходил, порхал по рингу мотыльком, выполняя известный только ему танец. Быстро перебирал ногами, выкидывал руки, защищаясь.

Раз за разом он наносил удары противнику, а тот даже не мог до него дотянуться.

– Молодец, мальчик, держи атаку!

Соперник был явно слабый, это не походило на вчерашнюю схватку с Гором. Я не могла отвести взгляд от Романа, от его действий, мускулистых татуированных рук. На нем была футболка без рукавов, она закрывала спину и грудь, вся пропиталась потом, прилипла к телу.

А я продолжала смотреть, забыв про свои обязанности, что должна быть в медкабинете и разбирать медикаменты. Никогда бы не думала, что мужское тело и его красота так меня восхищают. А еще то, как он двигался, как вел себя на ринге.

Это кровавый и страшный спорт, я никогда им не увлекалась, но мне приходилось смотреть с братьями. Сейчас понимаю, что это большой труд.

Утром, когда я проснулась, их уже не было, кровати были не заправлены, вещи разбросаны, но на моем столе лежал завернутый в салфетку кусок пиццы. Такой заботы я не ждала.

– Тебе нравится, да? То, что ты видишь?

Вздрогнула от испуга, не заметила, как со спины подошел Егор и сказал мне на ухо эти слова громким шепотом.

– Придурок, напугал меня.

– О да, конечно, я придурок, а ночью ты стонала мое имя и просила еще.

– Чего? Мечтай больше, – прыснула от возмущения, чувствуя, что щеки начинают краснеть, немного отодвинулась.

Но Егор не дал мне отойти от него, я чувствовала тепло его тела, терпкий аромат парфюма и пота. Он только что закончил разминку около груши, молотил ее как одержимый, а потом выпил полбутылки воды.

Я, как новый работник, должна была присутствовать на тренировках, а то мало ли что с мальчиками может случиться.