— Скажи мне честно и откровенно, Мигель, — Луиджи поднял на него глаза, — как ты считаешь, если бы ЦРУ знало, что Моррисон работает на ООН, то его не тронули бы тогда? Только честно.

Гонсалес растерялся.

— Не знаю, — прошептал он после минутного колебания, — не знаю.

Послышались чьи-то шаги. На балконе появился Дюпре. По его лицу оба помощника поняли — случилось что—то непредвиденное.

— Только что передало индонезийское радио: сегодня ночью в Джакарте вырезана семья Куусмууджи. Все до единого. Даже маленьких детей не пощадили. Полиция считает, что триада отомстила ему за арест Хун Сюня.

Сам Куусмууджа найден повешенным в своей камере. Вот так, Мигель… Не тебе одному приготовил ночной «подарок» господин Муни. Можешь считать, что тебе очень повезло.

«Новая мафия — тайное правительство Италии. Источник ее богатства — торговля наркотиками, источник ее силы — коррупция. Итог террора в столице мафии — Палермо: 105 убийств только в этом году».

«Количество наркоманов угрожающе растет. Это подлинное бедствие страны».

«Наркомания является бичом нашего общества».

«О подлинных размерах действующих в стране триад можно только догадываться.

Это целые кланы, имеющие на вооружении катера, современное автоматическое оружие, вертолеты, пользующиеся поддержкой банков. Триады жестоко мстят любопытным, пытающимся проникнуть в их тайну».

Согласно последним данным, полученным агентами «голубых», и специальному расследованию, проведенному в Индонезии, постепенно выясняются все новые, более страшные подробности гибели членов группы «С-14». По имеющимся на сегодняшний день материалам и фактам мы попытались восстановить картину происшедшего.

Самолет Париж — Джакарта совершал свой обычный рейс. На борту тихо звучала музыка, многие пассажиры спали, в конце лайнера группа молодых людей о чем-то оживленно беседовала со стюардессами. Фогельвейд взглянул на часы. Через двадцать минут посадка. Он еще раз мысленно перебрал в уме все детали предстоящей операции и, когда стюардесса попросила пристегнуть ремни, спокойно щелкнул замком. Самолет сел плавно. Фогельвейд не спешил. Сначала он пропустил группу молодых людей. Наверное, студенты.

Уже у самого выхода огромная, неправдоподобно толстая негритянка с множеством ярких пакетов попыталась обойти его, и он благоразумно посторонился. Ослепительное солнце сразу ударило ему в глаза, и он непроизвольно поднял руку, словно пытаясь защититься от его лучей. Он еще сумел сделать шесть шагов по трапу, когда просвистела пуля. Фогельвейд не успел даже понять, что произошло, а его тело, уже начало падать, опрокидываясь с трапа самолета. Истошно завизжала негритянка. Громко закричала стюардесса.