— Мира без меня… — ещё сильнее насупилась дочь. — Её забрали уже? — и так внимательно посмотрела на меня, что мне стало вдруг не хорошо.

В глазах потемнело и сердце резко сжало в груди…

Не знаю, сколько я была без сознания. Боли в теле не было, голова соображала ясно — уже хорошо. Верхнюю часть моего тела чуть приподняли и получилось, что я не лежу, а нахожусь в полусидящем положении. Открыла глаза и увидела, что сыновья сидят у входа и собирают стрелы из заготовок. Баграт закрепляет наконечник к древку, а Томо собирает хвостовик из перьев и тут же фиксирует его.

Анабелль вытянулась слева от меня и перебирает свои рисунки, откладывая часть в сторону. Рабия сидит с другой стороны и перекладывает мешочки с травами, помечая у себя в книге. Я попробовала привстать, но сил не хватило.

— Лия, ты очнулась, — заметила моё движение девушка. — Я так испугалась, когда Белка стала кричать, а ты совсем не реагировала, — сказала, чуть всхлипнув.

Мои дети ринулись ко мне и стали обнимать и наперебой рассказывать, как они волновались и боялись, что я оставлю их. Из сбивчивой речи поняла, что Реинир и мужчины пока не вернулись.

Группу охотников, те кто бросился в погоню за похитителями Мирабель, развернули и забрали с собою, отправив Арипа и мальчишек на стоянку с добычей. Сыновья готовят стрелы, а единственному старшему мужчине предстоит сворачивать лагерь с помощью женской части нашей группы. Вернувшись, мальчишки ни как не ожидали, что меня найдут в таком беспамятном состоянии.

Хотела им ответить, но во рту было так сухо, что лишь просипела. Рабия у выхода взяла кувшин, плеснула в кружку отвар. Подвигала руками и ногами, двигаться могу, поэтому нечего разлёживаться.

Села удобнее…

— Заника заварила для тебя травы, сказала обязательно тебя напоить, — поднесла мне кружку.

С жадностью сделала несколько глотков, сразу стало легче. Хорошее успокоительное заварили. Дышалось теперь легко. Даже не заметила, что дыхание было затруднительно. Неужели сердечный приступ был? Ещё раз проанализировала своё состояние, но всё было хорошо.

— Ма, смотри, — дочь всунула в руки очередной свой рисунок, а я опять чуть не потеряла сознание.

Белка изобразила девочку, сидящую на большом валуне на подобии трона.

Обряжена в какие-то непонятные наряды и украшения из мелких ракушек, волосы собраны в простую причёску с вплетёнными яркими перьями и камешками. У неё насыщенный рыжий цвет волос, а подобранные на контрасте простые украшения, делали из неё нереальную красавицу. Сначала я любовалась рисунком при гробовой тишине, а потом до меня стало доходить, что Белка изобразила Мирабель.

Вокруг валунов росли деревья и кустарники, как в моих снах.