Я чувствовал, как ее грудь ритмично поднимается и опускается.

— Не хочу больше спорить, — сказала она.

Когда я погладил ее по руке, она вздохнула. — Куда ты ходил?

— Можно сказать, никуда. Просто ходил по студгородку. Съел пиццу. Много думал.

— О тебе. Обо мне. О нас. Она кивнула:

— Я тоже. Ты все еще злишься?

— Нет, — ответил я. — Я сейчас слишком устал, чтобы злиться.

— И я, — повторила она и подняла голову, чтобы посмотреть мне в глаза. — Можно я скажу, о чем думала, пока тебя не было?

— Конечно, — ответил я.

— Я поняла, что это мне нужно извиниться — за то, что провожу столько времени с друзьями. Поэтому я так разозлилась. Я догадалась, на что ты намекал, но не хотела этого слышать, потому что ты был прав. Во всяком случае, отчасти. Но вот твои выводы совершенно ложны.

Я с сомнением посмотрел на нее. Саванна продолжала:

— Ты решил, я ищу общества других людей, потому что не люблю тебя как прежде? — Не дождавшись ответа, она продолжила: — А ведь дело обстоит как раз наоборот. Ты мне очень дорог, поэтому я так и поступала. Ты тут ни при чем, дело во мне.

Она нерешительно остановилась.

— Я не понимаю, что ты пытаешься сказать.

— Помнишь, я сказала тебе, что черпаю силу из нашего союза?

Я кивнул, и Саванна провела кончиками пальцев по моей груди.

— Я не шутила. Прошлое лето значило для меня больше, чем ты можешь себе представить; я была просто раздавлена твоим отъездом. Спроси Тима — я едва могла работать на стройке. Да, я посылала письма, чтобы ты верил, что у меня все хорошо и гладко, но все было иначе. Я плакала каждую ночь и днями напролет сидела возле дома, мечтая, надеясь, желая, чтобы ты неторопливо шел мне навстречу по пляжу. Когда я видела кого-нибудь с «ежиком», сердце начинало учащенно биться. Всякий раз я хотела, чтобы это был ты. Конечно, ты занят важным делом, вы размещены в другой стране, но я не знала, как трудно будет жить без тебя. Да я и не жила, а, как это говорят, влачила существование. Лишь спустя несколько месяцев начала потихоньку приходить в норму. И сейчас, как сильно я ни хотела тебя увидеть, как сильно я ни люблю тебя, меня не покидает затаенный ужас, что вот кончится твой отпуск, и я опять буду подыхать от тоски. Я разрываюсь между любовью и страхом и готова на все, только бы избежать повторения прошлого года. Вот я и придумывала нам занятия, чтобы на тебя не оставалось времени, и на этот раз мое сердце уцелело.

В горле у меня возник комок. Я молчал. После паузы она продолжила:

— Сегодня я поняла, что обидела тебя. Да, это несправедливо по отношению к тебе, но где же справедливость для меня? Через неделю ты снова уедешь, а я останусь гадать, как жить без тебя. Некоторые это могут, вот ты можешь, а я…

Она пристально разглядывала свои руки и долгое время молчала.