Когда я выхожу в гостиную, мама сидит за столом одна, мужчины Леджер всё ещё о чём-то оживлённо болтают на кухне.

— Ты умница, мам, — улыбаюсь ей. — Здорово всё организовала.

Мама не удостаивает меня ответной улыбкой. Тяжело вздыхает и произносит:

— Нам нужно поговорить, Слава.

Глава 29

Слава

Спальня в квартире Гаса напоминает батутный парк, это огромная кровать, обнесённая стенами.

— Знаешь, что «Аполлон-11» очень символичное название? — спрашивает Гас, нетерпеливо расстёгивая бесчисленные пуговицы на спине моего праздничного платья.

— Это почему?

— Одиннадцать — это рост Гаса-младшего.

— Похвастай ты такой цифрой в России, тебя бы подняли на смех, — улыбаюсь, мысленно калькулируя заморские дюймы в близкие сердцу сантиметры. Ох, ты ж, мама дорогая.

— И, ради бога, неужели ты измерял его линейкой?

— Скажу тебе по секрету, матрёшка, каждый мужик, имеющий пенис, делал это, — ухмыляется Гас, стаскивая с меня платье через голову.

— Так о чём ты разговаривала с матерью?

— Если это прелюдия в твоём понимании, — ворчу, отбрасывая скомканное одеяние в сторону, — то она неудачная.

— Тогда спрошу про другое: сегодня скромница-Луна готова к высадке? А то она моему астронавту уже сниться начала.

Стаскиваю с него футболку и невольно жмурю глаза, потому что жадный рот набрасывается на мои соски.

— Готова, — шепчу, нащупывая ремень на его брюках, — не налажай с пилотированием, Нил Армстронг.

Гас отрывается от моей груди и впивается в меня взглядом.

— Ты серьёзно сейчас говоришь?

Киваю и в подтверждение серьёзности своих намерений несдержанно целую его губы. Именно с этой мыслью я ехала к нему домой после дня рождения Колина, подарить ему желанный первый раз. Гас отвечает на поцелуй с фанатичным рвением, давлением прижатого ко мне тела подталкивая к кровати.

— Ложись на спину, матрёшка. Сегодня делаешь всё, как я говорю, хорошо?

Бормочу «угу» и укладываюсь на кровать.

— Ноги раздвинь так, чтобы я тебя с закрытыми глазами мог разглядеть, — хрипит Гас, стаскивая с меня трусики.

Приподнимаюсь на локтях и развожу бёдра в стороны. Я совершенно не чувствую смущения. Во-первых, постель — это не место для стыда и целомудрия, а во-вторых, я доверяю Гасу. Ну и, в-третьих, я до отчаяния возбуждена.

— Ты охеренно сексуальная, матрёшка. Самое сексуальное из того, что я видел в своей жизни, — говорит Гас, пока гремя металлической пряжкой, освобождается от штанов. — Поласкай себя.

Слежу за тем как он встаёт у изножья кровати, полностью обнажённый, и от взгляда на его тело я испытываю визуальный экстаз. Чётко очерченные трапециевидные мышцы плеч, красивая грудь, узкие мускулистые бёдра и длинные ноги. И этот его, вечно эрегированный младший. Чудовищно большой, гордо подпирающий рельефный живот.