Это он рассказал им, как выделывать шкуры зверей золой, как добыть белку без собаки, как сделать рожон на росомаху, как подманить кабаргу. Это он надоумил их к простейшему изготовлению насторожек на кулёмки – пруток, сторожок и жилка зверя. Те дивились: как сами не додумались до такого простого изобретения? На то, чтобы вырезать челаки, надо время. А оно в тайге дорого. А здесь же всё можно приготовить на месте, у ловушки, за несколько минут. На это Загбой проговорил пословицу своего народа:

– Мать родит голову, время – ум, а ум – всё.

Братьям ничего не остаётся, как только поражаться к месту вставленным изречениям своего нового друга-эвенка.

В разговорах о промысле совершенно спокойно, без споров договорились об охотничьих угодьях. Так как братья уже давно промышляли в этих местах и путики были проложены в округе Грязного ключа, Загбою предстояло охотиться на левом берегу Туманихи. С этим предложением охотник согласился без каких-либо колебаний, молча, сдержанно.

За то время, что прожил здесь, успел объехать на олене ближайшие окрестности вдоль и поперёк и благодаря своему глубокому опыту успел отметить, что самые лучшие собольи места находятся на левом берегу реки, в подгольцовой зоне.

Ему было непонятно, почему братья промышляют аскыра там, где его меньше всего. Но уважение к чужому мнению не давало повода советовать, он просто молчал, стараясь не показаться умнее их. Таков уж его характер. И тем более сильным стало его удивление, когда Вороховы щедрой рукой определили ему его место будущего промысла именно на левом берегу.

Промолчал он в ответ на их советы, где именно прокладывать путики, какую приманку готовить и что делать, когда соболь в ловушки не идёт.

Говорили, что ловушки лучше рубить в займище, там более ровное место для обхода и встречается больше всего собольих следов. На прикорм можно готовить кусочки шкур зверя, требуху и даже свежее мясо.

На эти рекомендации у Загбоя было своё определённое мнение. Путики он рубил не в займище, а у подножия гор. Следопыт знает, что соболь кормится только тогда, когда идёт в гору. В займище зверёк просто делает выбежку, разминается, резвится, поэтому игнорирует ловушки и всевозможный прикорм. Насчёт приманки у него тоже особое мнение.

Для этого Ченка специально потратила целый день: мясо добытого зверя нарезала на мелкие кусочки, добавила добрую порцию гусиного и медвежьего жира, перемешала с кровью и наглухо зашила массу в шкуру сохатого. Всё это месиво Загбой подвесил на лабаз, в тень, до поры до времени – пусть квасится. Он знал, что через какое-то время на такую приманку пойдёт самый ленивый соболь. Ну, а насчёт того, что в ловушки большей массой ловится белка, это хорошо. Белка – тоже пушнина.