Я желал именно этого игрового сюжета, и сейчас умру именно так, как хотел. Это идеальный хеппи–энд.

Потом случилось это. Неожиданно мне в голову пришла беспокойная мысль. Концовка этой игры — как ни пытался, я не мог вспомнить её. Главный герой победил злую организацию? И была ли там концовка вообще?

— Здесь невозможно победить, — заметил кто–то.

Это может быть сон. Может, я уже потерял сознание какое–то время назад. Но пока что я погружался в небытие, и чернильно–чёрное Японское море с ярким, усыпанным звёздами небом, распахнулись перед моим взором.

И тогда я увидел их. Они насмехались надо мной.

Я скоро начну падать. Я умру. Вот что будет.

— Вспомни, — сказали они.

На этом утёсе было совершено слишком много самоубийств, и строительство защитной ограды уже завершено. Бомба Революционера исчезла без следа.

— Так вот вы как!? Трусы! — вскричал я.

Никто не ответил мне.

Эпилог: Добро пожаловать в NHK!

Я, конечно же, снова прятался в своей комнате.

Я все еще страдал от панических атак, желание убить себя иногда снова всплывало на поверхность моего сознания, и еще была целая куча разных проблем (повысилась плата за квартиру, закрылся мой любимый круглосуточный магазин). В довершение ко всему, мне, как охраннику, завтра нужно было идти на дежурство. И это меня чертовски напрягало.

Но несмотря ни на что, сакура за моим окном цвела в полную силу. Новые студенты проходили мимо моей квартиры. Я чувствовал, словно весь мир забыл про меня, и вся человеческая раса насмехалась надо мной.

Например, Ямазаки недавно прислал мне открытку. На ней была напечатана фотография: Ямазаки стоял рядом с красивой девушкой и счастливо улыбался. Он писал: «Наверно, я скоро женюсь. Родители давно уже настаивали, чтобы я с кем–нибудь познакомился, здесь, в деревне, рано женятся. У меня не было выбора, поэтому я сходил на одно свидание, и вот! Она идеальна!»

Кажется, наступили времена, когда даже лоликонщик и фанат эротических игр может обрести счастье.

Потом мне пришла новогодняя открытка от школьной подруги: «Мы живем в огромном особняке. Мы любим друг друга. Скоро у меня родится ребенок.»

Она была действительно счастлива.

Кроме этого, жизнь Мисаки теперь тоже пошла в гору. Когда она вернулась в дом своего дяди, её, конечно же, долго ругали. Она погрузилась в глубокую, как океан, рефлексию из–за случившегося. Недавно она приходила ко мне, чтобы поговорить об этом.

— Как ты думаешь, что я могу сделать в знак своего раскаяния?

— Разве не будет достаточно просто жить нормальной жизнью?

— Я причинила больше беспокойства, чем могу себе представить, так что этого будет мало. Мне нужно что–то, что покажет мои чистосердечные благодарность и извинения.