Даже в столице стража не поспевает за всем, — сказал Мирослав очевидный факт, за который его сложно было бы осудить.

— Да. Но всё упирается в деньги. Мой батюшка больно за народ радел. Тратился на благие дела, не ведя счёту. Так что казна ко мне перешла сильно опустевшей. Денно и нощно я ищу способы её наполнить, чтобы укрепить войска.

«Ага. Я заметил. По моим прикидкам, мы сегодня годовое жалование городской стражи проели. При полной укомплектованности бойцами, а не нынешней.»

— Во истину благое дело.

— Я слышал о том, что ты сделал для академии и её студентов, это очень похвально.

— С сыном моим поладили тоже, как я погляжу.

— Всё верно. Он добрый юноша, который заботится о государстве, так что мы не могли не подружиться.

— Вот и чудесно. Раз уж ты за державу радеешь, то наверняка понимаешь, как важно, чтобы наша экономика пошла в гору.

— Тогда полагаю, что завтра же ты поступишь на службу ко мне. Как насчёт должности главы княжьего алхимического дома? По-моему, вполне соответствует твоим талантам. Естественно, с боярским званием и всем к нему полагающимся. Девку тебе ладную сыщем, только пальцем покажи. Будешь как сыр в масле кататься.

«Предложение ожидаемое, как и поспешность. Хотя удивительно, что князь сразу зашёл с такого щедрого варианта. Я ожидал, что он будет мелочиться. Хотя в частной беседе Изяслав в целом выглядит куда более серьёзным и собранным, чем его описывают. Так что, возможно, он из себя представляет нечто большее, чем транжиру и гуляку. Что не делает его более хорошим человеком.»

Предложение князя на деле являлось скорее утверждением. Сказано было так, будто тот ставил Мирослава перед фактом. Юноша почувствовал, словно оказался в западне. Неожиданно для него самого по коже побежали мурашки и возникло желание бежать. Но он лишь стиснул зубы и замер, обдумывая ответ.

Согласие не вариант. Дело не только в том, что так он нарушит своё слово, данное Ярополку Клыкову. Работать с гильдией алхимиков попросту куда выгоднее. Да и не наложит на него такого количества ограничений. Глава княжьего алхимического дома боярин Дарён не сможет свободно передвигаться по миру. Более того, репутация — вещь очень сложная. Даже если он лишь временно станет служить князю до момента, когда наберётся сил и сбежит в Империю, ущерб уже будет нанесён. Многие начнут считать его «человеком бориславского князя». Со всеми вытекающими. Не говоря уже о том, что служить такому человеку, как Изяслав, попросту противно.

Однако и отказаться так просто нельзя. Неправильно поданный ответ князь наверняка сочтёт оскорблением. Да ещё и угрожающее присутствие Невзора словно намекало, что из этого сада он может живым и не выйти. Оно служило напоминанием того, как уязвим сейчас Мирослав.