Все твои сестры здесь счастливы! Здоровы, полны сил!'

– Спасибо большое! Вы очень мне помогли, но мне домой надо!

'Как знаешь! До встречи!'

В последних словах девушке послышалась коварная усмешка. Покрепче закутавшись в плащ, она попятилась от алтаря. В храме вдруг стало еще темнее, чем раньше. Неподвижные фигуры жриц, смотрящие на нее горящими глазами, заставляли Настю нервно вздрагивать от каждого шороха и ускорять шаг по направлению к выходу. Каблучки ее сапожек гулко стучали по плитам пола. Анастасию вдруг охватило жуткое ощущение, что она – единственный живой человек в этом храме, уж больно закаменело застыли жрицы, уж больно странно сияли их глаза.

В самой тишине храма Насте чудилось что-то невероятно злодейское, даже дьявольское. Казалось, по углам скользят мрачные тени, и вся атмосфера собора буквально давила на девушку, вызывая в ней ощущение страха и безнадежности.

– До скорой встречи, сестра! – раздался дружный коллективный вздох-стон за спиной Насти, когда она подошла к дверям.

– До встречи, – жутко улыбнулась жрица, открывшая глухо заскрипевшие двери.

– До свидания! – робко пискнула полумертвая от ужаса Настя, и выскочила из храма.

'Хорошо дома, хорошо в горячей ванне, хорошо в руках мужа – особенно, если всем этим наслаждаешься одновременно!' – думала Настя спустя три часа после выхода из храма. Северин так радостно встретил ее у входа, будто она с того света вернулась. Оказывается, те женщины, которые приходили в себя после посещения храма Донаты, больше не покидали стен храма, оставаясь в нем жрицами. На вопрос Насти, как же он тогда решился ее туда отвезти, Северин ответил: 'Ты говорила, что любишь меня.

Любовь – самая большая сила в мире, я верил, что ты не могла не вернуться'. Леди Таис даже прослезилась от таких признаний мужа. Итог: они оба, абсолютно счастливые, лежали в горячей ванне, после весьма бурных проявлений радости по поводу счастливого воссоединения. Кажется, недовольной осталась только бедная кровать, но она благоразумно молчала.

Настя подробно пересказала мужу все, что произошло в храме, в том числе и слова богини о снятии зависимости от магических феромонов.

– Почему всех жен не приводят в храм сразу после свадьбы? Или хотя бы через полгода, еще до лаприкория? – спросила Настя.

– Раньше так пробовали делать, но, как я и говорил, никто не вернулся из храма. Теперь это последнее средство.

'Странно. Но сейчас мне слишком хорошо, чтобы размышлять об этом. И Северин опять целует так сладко... Подумаю об этом завтра!' – в лучших традициях женской логики решила Настя, отдаваясь ласкам мужа.

Утром нового дня Настя встала отдохнувшая, радостная и полная сил.