Этот кто-то оказался молодым симпатичным и глазастым парнем лет семнадцати, ровесником ее нового тела.

– Наиля, бежим со мной! Я спасу тебя! – схватил он за руку Анастасию Николаевну и потянул к окну.

– Ты кто?– недоуменно произнесла девушка.

– Так ты, правда, ничего не помнишь? И меня забыла?! Я Олан, жених твой, настоящий, мы с детства любим друг друга! У моего отца лавка в городе рядом с вашей. И твой отец был согласен на наш брак, пока Таис на тебя глаз не положил!

Настя посмотрела на его по-детски еще округлое лицо с первыми усиками над верхней губой, заглянула в его огромные серые глаза, опушенные длинными ресницами, с такой надеждой и лаской смотрящие на нее. И решилась.

Добежали они только до окна. Под окном уже стояли вооруженные вилами хмурые слуги и грозный отец, потрясающий кулаком. Олана связали и посадили в погреб, пообещав после свадьбы выпустить.

– А ты, неблагодарная, быстро надевай свое лучшее платье и в обеденную залу спускайся. Слуги уже закуски расставляют! За столом и на мужа будущего посмотришь.

– Ах, неблагодарная? Ах, вспомнить в жизни нечего? А о том, что жених у меня любимый был, почему промолчали?

– Дура! Что он дать тебе мог, третий сын нищего купца!

– Любовь! Семью настоящую! Детей, которых я сама бы воспитывала и любила! Ненавижу вас! Вы все обо всем знали, но все равно меня продали! Жизнь мою новую продали! Не пойду я на ваш обед! Или нет, лучше пойду! Еще как пойду! Я все этим магам недобитым в глаза скажу!

Настя рванула к двери. Но купец-отец быстро сообразил, что в таком состоянии дочь покупателю показывать не стоит.

– У себя посидишь! – решил он, толкая Настю в комнату и запирая ее дверь. – И помни, под окном слуги! – крикнул он из коридора.

Наступило утро помолвки. Мстительный родитель оставил вчера свою непослушную дочь не только без обеда, но и без ужина. Настя где-то слышала раньше, что голод обостряет разум, но ей и голод не помог: ничего толкового она за ночь так и не придумала. Мысль о том, что можно с гордым видом сказать завтра 'нет' перед священником, или кто там у них, пришлось откинуть после разговора все с той же 'всезнающей' Калирой. В этом мире, оказывается, нет ни священников, ни жрецов (кроме горсточки жриц Донаты, которые и появились-то только после открытия первого лаприкория, и которые с людьми почти не контактируют). Помолвки и свадьбы все расы проводят в храмах Донатоса (этих соборов много, хоть пруд пруди). Венчающиеся пары приходят в храм в сопровождении гостей и родственников, озвучивают принятые в их местности брачные клятвы, вешают друг другу на шеи цепочки с медальонами, на которых написано имя избранника (у родовитых еще и герб чеканят), целуются и ву-а-ля, готова новая ячейка общества. Раньше и маги так же женились на своих магинях.