Каждое невинное движение актрисы в такт музыке сопровождалось одобрительным свистом из задних рядов.

— А ну, поддай, милашка! — ревела уже через двадцать минут публика, жаждавшая выступления развязной провинциальной певички, а не актрисы с мировым именем. Концерт был сорван самым скандальным образом. Отступница больше никогда не приезжала в свой родной город.

Сьюзен, тогда десятилетняя девочка, отлично помнила этот случай. Она знала наверняка, что случившегося никто специально не подстраивал. Просто так в Новой Англии заведено. Заведено несколько сот лет назад, и вряд ли изменится когда-нибудь вообще. Аристократический Юг со смаком выставлял напоказ свои сомнительные полуфранцузские традиции. Новая Англия традициями не — хвасталась. Она их просто никогда не меняла. И, возможно, Новая Англия была более чем права.

— Итак, решено: через две недели мы едем в Гринтаун и очень тактично, не делая шума, сообщаем обо всем моим родителям. Полагаю, ты тоже захочешь известить своего брата.

Роули наконец-то сказал это. У Сьюзен, более двух лет жившей под тяжелым взглядом его небольших зеленоватых глаз, более двух лет пытавшейся понять, что это — влюбленность или слежка не вполне уверенного покупателя, словно гора свалилась с плеч. Просто так в их среде никто не говорил ничего подобного. Она могла считать себя победительницей. Ей сделал предложение один из самых богатых женихов города.

— Сводного брата, — тем не менее поправила Сьюзен, продолжая смотреть в окно. На само предложение она не возразила. Это означало полное согласие."

"Но, приняв предложение Роули, она каждую минуту ждала, что он потребует от нее ухода с работы и отказа от карьеры независимой женщины. Ему нужна была послушная, не смеющая ни в чем противоречить невеста и такая же жена. В роскошном полупустом ресторане, где они сидели, было тихо. Сьюзен невольно задумалась. Она старалась отбросить мрачные мысли, повторяя себе, что двадцать четыре года — уже вполне солидный и зрелый возраст. Пора понять, что спутника жизни следует выбирать разумно, не поддаваясь эмоциям. Исходя из чисто деловых соображений. В этом смысле Роули полностью совпадал с представлениями ее покойного отца о будущем муже своей дочери. Роули был далеко не последним лицом в деловом мире Нью-Йорка. Его родители имели немалый доход от многочисленных предприятий, солидного банка и земельных угодий. Однако и мать и отец Роули — мистер Лазарус и миссис Уилма — не особенно пришлись по душе Сьюзен. Судя по первому впечатлению, ее явно ожидала судьба тысяч и тысяч несчастных женщин. Тех, что живут с нелюбимыми мужьями, вечно недовольной свекровью и, постоянно удерживают себя от ссор с родственниками мужа. Вдобавок они не знают, чем себя занять.