– Господи, чем я могла таким отравиться?

К вечеру дети угомонились, устав от игр, самочувствие было не очень, за ужином совсем ничего не ела, выпила активированный уголь. Хоть бы уже завтра все было хорошо, а то не хотелось испортить Герману праздник. Заснула моментально, не дождавшись мужчин, которые ушли в кабинет, обсуждать дела. Завтра надо было встать пораньше, проконтролировать доставку продуктов, официантов, повара, что приедет, должны привезти красивый торт.

– Герман, сколько времени?

– Нет, что ты, нельзя спать.

Полина села на кровати, огляделась по сторонам, она в их спальне, белая мебель, дымчатый пол и элементы декора, все красиво и со вкусом, сама выбирала, и обставил весь дом.

– С днем рождения любимый, – наклонилась, целуя Германа, провела по щеке рукой. – Я люблю тебя, ты знаешь.

– Конечно, знаю, милая, спасибо. И я тебя очень люблю.

Рука с татуированным черным вороном гладит девушку по волосам, он целует ее мягкие губы, такая нежная, сонная, манящая. Член уже стоит, он всегда возбужден с ней рядом. Руки уже стягивают тонкую сорочку, обнажая грудь, чуть сдавливают ее, Полина стонет.

– Наверно, в спортзале. Твоя грудь стала больше, а соски чувствительнее.

– Да, наверно, овуляция, так бывает.

Герман припадает к одному соску губами, нежно его посасывая, облизывая, мнет другую грудь, тянет Полину на себя, та садится на него верхом, трется о возбужденный член.

– Герман…ох, черт…как же хорошо.

Полина подставляет для поцелуев то одну грудь, то другую, а он дразнит набухшие соски, просовывая руку, накрывает ничем не прикрытую киску, собирая уже выступившую влагу.

– Милый, это я должна тебя ублажать, а не ты меня. Ах-х-х-х-х-х…боже мой, Герман…а-а-а-а-а.

Мужчина проник во влагалища сразу двумя пальцами, нежно сношая ими, Полина сама ведет бедрами, оседая на них как можно глубже. Но вот он вынимает их, скользит по колечку ануса, надавливая, дразня его. Полина поднимает руки, снимая ночную сорочку, откидывая ее в сторону, ерзает попкой на пальцах Германа.

Он проникает через тугие мышцы ануса, надавливая, растягивая их, стимулируя чувствительные нервные окончания. Вот Полина уже сама ведет бедрами, приподнимая ягодицы, опускаясь попкой на пальцы мужчины, трахая себя ими.

– Иди ко мне, хочу твою девочку на своем языке. Да, вот так, дай мне полизать тебя.

– Герман, не говори ничего, я от твоих слов теку еще больше.

Полина перебирается выше, оседает на губы Герман, держась за спинку кровати, широко разведя ноги. Его язык нежно ласкает возбужденную плоть, так невыносимо остро, задевая и посасывая клитор, отчего тело дергается, по нему идет дрожь. Она сама сжимает грудь, гладит живот.

Герман посасывает половые губки, клитор, что так отчетливо выделяется между ними.