— разочаровано покачала головой Алеся. — И меня он крепко за горло держит, и не этими нариками мёртвыми, а кое чем другим. Мне не повезло встретить его второй раз в жизни. До сих пор жалею, надо было в тот день его сдать, чтоб прям там убили, но как вспомню, его поразительную точность в прицеливании, думаю, я бы с дыркой посреди лба осталась. Так что нечего об этом жалеть, да? Я честно думала, может, убьёт его кто-нибудь за эти годы, но нет, он всё выше взлетает, и мы всё чаще сталкиваемся то тут, то там. А знаешь, что самое страшное? В минуты пиздеца рука так и тянется ему позвонить, потому что он вот так все проблемы решает.

Стерва снова пощёлкала пальцами перед носом задумчивого Бандерлога.

— Я жалею, что ударила с ним по рукам. Деньги я люблю, но жить я люблю ещё больше. Поэтому ты, Оскар Назарович, должен так твёрдо встать на ноги в своём бизнесе, чтобы он тебя с них не свалил, тогда моя сделка с ним автоматически аннулируется. Я тебе помогу, как обещала, ты отвалишь мне тонну бабла за неоценимую помощь, а потом я уйду в бессрочный декретный отпуск и поминай, как звали. Пусть Филин играет другими жизнями, моя у меня одна.

Твоя, кстати, тоже. Ты можешь мстить, можешь разрушать чужие судьбы, но про свою не забудь, что будешь делать потом?

Алеся тяжело вздохнула, слыша в ответ молчание, она положила ему голову на плечо и позволила себе насладиться приятным моментом близости с совсем далёким от неё человеком.

— Поставишь меня на ноги, говоришь? — усмехнулся Назар, гладя её по бёдрам под юбкой.

— Да, я тебя за лето даже на скрипке научу играть, Бандерлог, сможешь в цирке на кусок хлеба зарабатывать. — зевнула Алеся, поуютнее пристраиваясь на его плече.

— Давай-ка я тебя сначала на колени поставлю, потом подумаю насчёт остального…

Думала ли недавно Алеся, когда выбирала диван для кабинета генерального директора, что её на этом диване поставят на колени, задерут юбку и отымеют сзади так, что она стоять не сможет? Нет, не думала, и всё же это случилось. К тому же она совсем не предполагала, что потом будет спокойно лежать на волосатом Бандерлоге и никуда не рыпаться.

Назар не помещался на этом маленьком диване полностью, одну ногу пришлось согнуть, другая стояла на полу, подушка под головой была слишком маленькой, рука затекла, но он старался не шевелиться, осторожно перебирая её волосы пальцами, пока она сопела на его груди, лёжа на нём.

«Пусть поспит, упахалась на своей работе…» — думал Назар, осторожно целуя её в макушку.

Алеся проснулась через час, когда Назар тоже задремал. Она что-то недовольно пробурчала и начала собираться ехать домой. Надевая туфли, она сообщила ему об их общих планах:

— На пятницу ничего не планируй, ты идёшь со мной на свадьбу.