Куся ела за двоих, поэтому вполне логично, что если на входе все это исчезало, то где-то появлялось. Пусть и в измененном виде.

А учитывая, что все русские поговорки складывались вовсе не для попытки сыронизировать, а несли мудрость дедов, я сразу направился за баню. И таки обнаружил там вспаханную землю, перемешанную со свежими удобрениями. Поэтому, к явному неодобрению Гриши, в короткий срок напряг нечисть, и мы вырыли выгребную яму. Ладно, бес с чертом вырыли. Но тут ведь самое главное — следить за качеством выполненным работ, верно? Или я не прав?

Чуть сложнее было донести до грифонихи, что именно от нее требуется.

Продемонстрировать я не мог, а словами объяснить как-то не до конца получалось. Пришлось прибегнуть к хитрости. А именно три раза плотно покормить Кусю — кашей с тушенкой, сваренными мослами и каким-то премиальным кошачьим кормом, которого я прикупил на всякий случай в качестве перекусов. И вуаля. Грифониха поджала хвост и стала метаться по двору, искоса поглядывая на меня. После чего я проводил ее за баню и указал на яму. А затем ушел из поля зрения, чтобы не смущать Кусю.

Когда я слышал, что молодые мамочки хвастаются, как хорошо покакали их дети сегодня, я искренне считал их сумасшедшими. Но когда я заглянул в яму, мое лицо расплылось в довольной улыбке — я все понял. Начало положено.

На этой оптимистической ноте я и отправился спать. И сразу отрубился, несмотря на то что время было еще ранее. Видимо, мой организм оказался поумнее меня. И понимал, что сейчас надо запасаться энергией впрок. Хотя сказывалось еще что-то странное, чего я объяснить не мог. Стоило оказаться в доме, как глаза начинали слипаться.

Проснулся я не сразу, пару раз «смахнув» будильник. Благо, умные разработчики предусмотрели такую ситуацию, и чтобы навсегда отключить противную пиликалку, надо было разблокировать телефон и уже в самом приложении отрубить звонилку. Поэтому всего лишь после двух итераций я оказался на ногах. Надо все-таки, наверное, печень проверить. Не должен я чувствовать себя как с похмелья, когда совсем не употреблял. Или здесь дело в каком-нибудь Гришином проклятии на «алкашке»? Ладно, разберемся.

Не успел я выйти из комнаты, как чуть не заорал от страха.

Казалось, мне уже давно надо было ко всему привыкнуть. Однако когда у тебя под порогом лежит мертвое уродливое тельце размером с ладошку, от неожиданности можно построить пару кирпичных заводов.

Это что еще за фигня такая? Я присел на корточки, разглядывая непропорциональное, словно изломанное худое тельце. С виду — самый маленький человечек. Пусть и с особенностями развития. Две ручки, две ножки, да чуть разные по длине. Но тут ничего такого. А вот лицо прям мерзкое.