После вскрытия тела Екатерины появились слухи об отравлении, и отчет был засекречен. Попытка отравить епископа Фишера действительно предпринималась (хотя Ричард Роуз в действительности был другом епископского повара), и Болейнов подозревали в том, что за этим покушением стояли они. Анна Болейн предупреждала епископа, чтобы тот не посещал заседания парламента, если не хочет повторения недуга, вызванного ядом. Конечно, Екатерина умерла очень вовремя, если иметь в виду потребности Анны, которая была беременна и желала родить наследника, законность которого никто не станет оспаривать. Узнав о смерти Екатерины, Анна плакала в своей часовне. Но в сумме эти факты не дают оснований утверждать, что Екатерину отравили Болейны.

Компрометирующие разговоры Анны Болейн с Норрисом, Уэстоном и Смитоном, а также ее беседы в Тауэре воссозданы на основании детальных отчетов Кингстона, представленных Кромвелю. Некоторые из этих разговоров выглядят бессвязными и несут в себе мало смысла. Я подозреваю, что записывалось не каждое высказывание узницы, а потому, пользуясь творческой свободой романиста, попыталась придать им бóльшую логичность.

Крылатую фразу «Порядок есть порядок» лейтенант Тауэра сэр Эдмунд Уолсингем на самом деле сказал сэру Томасу Мору.

В некоторых источниках упоминается, что отец Анны был среди пэров, которые осудили ее на смерть. Этот вопрос я подробно обсуждала в своей книге «Леди в Тауэре. Падение Анны Болейн».

Речь Джорджа Болейна, произнесенная с эшафота, выходила далеко за пределы обычного в таких случаях и ожидаемого от тех, кто готовится умереть, признания своих грехов. Его слова содержали намек, что он несет на совести тяжесть вины за какое-то ужасное деяние(я). Доказательства его сексуальных отношений я привела в книге «Леди в Тауэре».

Я не придерживаюсь мнения, что Генрих VIII, будучи в браке с Анной, страдал импотенцией, как утверждалось на суде над Джорджем Болейном. Тот факт, что за три года замужества Анна четыре раза была беременна, вызывает сомнения в мужском бессилии короля. Я не являюсь сторонницей и популярной теории, что характер Генриха VIII внезапно изменился после падения с коня в январе 1536 года. Источник, где утверждается, что король два часа пролежал, ничего не говоря, не заслуживает доверия.

Описание последних сцен жизни Анны было изнурительным делом, и я долго не могла забыть о нем. Если кого-нибудь удивляет то, как я представила момент обезглавливания Анны, должна заметить, что судья сэр Джон Спелман, свидетель казни, записал, что он видел, как двигались ее глаза и губы после усекновения головы. В книге «Леди в Тауэре» ведется дискуссия на тему, сохраняется ли сознание после отрубания головы.