Анне ставили это в вину в числе прочих явно ложных обвинений, но именно оно, как мне кажется, могло быть справедливым. Это согласуется с тем, что нам известно об отношениях Анны и Генриха. Такой подход позволил мне создать более цельный и непротиворечивый портрет Анны, чем если бы я придерживалась мнения, что она любила Генриха. Думаю, ее интересовала только власть. Разумеется, это лишь предположение. Несомненно, найдутся люди, которые не согласятся с ним, но рассматривать всю историю под таким углом зрения было интересно. Это сделало ее более неоднозначной.

Щемящего чувства добавляет истории Анны произошедшее только в самом конце признание во влечении друг к другу между ней и Норрисом. О его существовании говорят слова Анны из ее последней исповеди. Она настаивала, что «никогда не совершала проступков телом» против короля, отсюда можно заключить, что она совершала их в сердце или в мыслях и тайно любила другого, но никогда не заходила настолько далеко, чтобы увенчать это чувство прелюбодеянием. Свидетельства подтверждают, что из всех мужчин, осужденных вместе с Анной, Норрис был наиболее вероятным объектом ее привязанности. И вновь это лишь гипотеза, но весьма соблазнительная и правдоподобная. Норрис в чем-то признался после ареста – в чем именно, мы не знаем, – но позже отрекся от своих слов.

Враждебные по отношению к Анне источники упоминают о шестом ногте на мизинце ее руки, но о том же пишет в панегирических мемуарах и Джордж Уайетт, внук поэта Томаса Уайетта. Джордж Уайетт всю жизнь изучал историю Анны Болейн, основываясь на семейном предании и полученных из первых уст воспоминаниях людей, которые лично знали Анну, в их числе была Анна Гейнсфорд. Его труды могут считаться в основном достоверным источником.

В написанной мной биографии «Мария Болейн. Великая и бесславная шлюха» приводится свидетельство, что Мария была принуждена стать любовницей Генриха VIII. В той же книге я оспаривала мнение, что Элизабет Говард пользовалась дурной репутацией. Некоторые на основании отрывков из «Гептамерона», сборника новелл Маргариты Наваррской, пришли к выводу, что сама Маргарита была изнасилована, хотя другие увидели в этом литературный вымысел. Мужчиной, не названным в тексте прямо, был Гийом Гуфье, сеньор де Бониве.

Соперничество между Анной и ее сестрой Марией явственно читается в письмах Марии к Томасу Кромвелю от 1534 года. Отношение к содомии, выраженное в книге, соответствует мнению на этот счет современников: в ту эпоху считалось, что в сексуальные сношения люди вступают для продолжения рода, а предотвращение зачатия – грех.

При изучении любовных писем Генриха VIII к Анне я заметила, что они распадаются на три категории.