– Да бабуля тебя за такое…

– Моя мать находится в древном разречии и сделать ничего не может, – тут же отозвался папа. – А когда она из него выйдет, то уже не сможет ничего сделать, потому что ваш брак с уважаемым Туни будет уже заключен.

– Ты специально это сделал… – потрясенно пробормотала я. – Дождался, когда бабуля сольется с деревом, чтобы она не могла тебе помешать, и тут же начал проворачивать это отвратительное замужество!

– Вообще-то у меня был вариант с орками, но ты не справилась, Хэлли, – вздохнул отец.

– А почему я не справилась, знаешь? Потому что зачарованная тобой лестовка не сработала! Или сработала не на везение, а наоборот! Как ты вообще продаешь их в своем магазине?

– Ну, клиенты иногда их возвращают… И ругаются… – пробормотал отец. – Я вообще давно хочу закрыть магазин амулетов – от него одни убытки да отрицательные эмоции. 

– Боюсь, я тоже принесу вам отрицательные эмоции, папа, – я вложила в голос максимальное количество яда. ¬– Потому что я не выйду замуж за этого мерзкого, наглого, хитрого, бессовестного страхолюдина!   

– Выйдешь, милая, – покачал головой папа. – Потому что вряд ли ты знаешь, где до конца этого месяца достать тридцать тысяч гуналей!

– Тридцать тысяч гуналей? – ахнула я, поражаясь сумме долга. – Папа, ты что ешь не обычную еду, а золото?

– Ну, я же не дракон, – невозмутимо пожал плечами он. – Готовься к свадьбе, Хэлли. Туни хочет устроить пышное празднество, чтобы каждая собака в королевстве знала, что обычный леприкон женился на фэссарине и стал благородным фэссом.

И он закрыл дверь в мою комнату на замок прежде, чем в него полетел чугунный подсвечник в форме дракона. От удара о дверь у дракона отвалилась клыкастая голова, но мне совершенно не было его жаль!  

Чтоб его шиликун слопал! Вот уж не ожидала от батюшки такой подлости! Кажется, что знаешь родного человека, а он вдруг выкидывает такое, от чего у тебя волосы дыбом готовы встать. 

Впрочем, отец тоже глубоко заблуждается на мой счет, если думает, что я безропотно приму это глупое замужество!

Потому, вместо того, чтобы броситься на постель, рыдая о своей тоскливой судьбине, я с утроенной энергией забегала по своему покою.

Как он там сказал? Вряд ли я знаю, как достать до конца месяца тридцать тысяч гуналей?

А и правда, где их можно достать? За месяц такой суммы точно не заработаешь, да и занять не у кого!

Думай, Хэлли! Думай, иначе быть тебе госпожой леприконихой.

Увы, умные мысли мою голову посещать не хотели. А хотелось как раз-таки броситься на кровать и разразиться горькими рыданиями.

Удерживало только одно – я понимала, что сейчас это бесполезно и даже вредно.

В своих стремительных кругах по комнате я споткнулась об части драконьего подсвечника и ощутимо приложилась головой о дубовую дверь.