Если есть проблема — ее надо решить. Всё. Но оставлять принцесску давиться слезами и соплями, когда она беременна — нихрена нельзя.

Я поднимаю ее за плечи, укладываю к себе на грудь. Откидываюсь на подушку, поглаживая принцесску по спине, пока она выплакивает все свои кошмары в меня.

Нельзя ее было раздевать перед сном. Тупо думать об этом сейчас, но если у меня встанет — она на всю жизнь обидится.

— Ты их не изменишь, — ровно произношу, чувствуя, как напрягаются все мышцы от ее запаха и обнаженного, горячего тела на мне, — так к детям не относятся.

Это полная хрень. В них что-то изначально было сломано.

— Я в курсе, — шепчет она, — я в курсе. Я не смогу изменить. Ничего в них не сломано. Он не мой родной отец. Понимаешь? Только лишь это причина того, что меня ненавидят. Иначе меня бы любили так же, как и брата. Но я ведь не виновата. Я была просто ребенком…

Сюрприз, блядь. Я растерянно смотрю на часы. Реально половина четвертого ночи. Новости, правда, явно не ночные какие-то. Не настраивают на спокойный сон.

— В каком смысле «он мне не родной отец»? — интересуюсь я, а принцесска громко всхлипывает.

Снова.

— В прямом. Он мне сказал, что мать меня нагуляла. Вчера…. а сегодня я вспомнила во сне кое-что. Как они с матерью ругались из-за меня… и она кричала, что он ее сам подложил под какого-то партнера, получив контракт. А я плакала под кроватью… у меня из носа шла кровь, потому что я ударилась, когда отец на меня наорал.

Я медленно опускаю взгляд на это рыдающее чудовище, рассматривая ее распластанное тонкое тело. Нормальная новость. Чумовой наёб. Классную партию этот шакал разыграть бы мог при возможности, практически беспроигрышную.

В принципе, он ее и начал разыгрывать, пытаясь ухватить меня за яйца и шантажировать принцесской. А если бы не вышло — ее можно вычеркнуть легко из завещания. Провести ДНК-тест, доказав, что это не его дочь. Обьявить об этом на весь мир. И в моих руках оказалась бы пустышка. Просто девчонка, забеременевшая от меня после одной ночи.

Хрень. Что я несу? Это мысли Абрамова. Мне насрать, чья она дочь. Пока была возможность — я использовал ее в своей игре. Но так плевать.

Ее отец сдохнет в любом случае и без всяких игр. Рано или поздно.

Точнее, уже не ее отец. А она со мной уже по другим причинам.

Ее тихое дыхание вырывает меня из раздумий. И тихий голос:

— Рустам… я знаю, что эта новость разрушила твои планы. Ты женился на мне только из-за того, что я дочка Абрамова, и…

— Замолчи, — перебиваю я ее, — не пори хрень.

— В каком смысле? — она поднимает голову, впиваясь в меня взглядом. Ее глаза просто горят от слез, — тебе хотелось позлить моего отца.