Улыбнулся ее готовности, склонился между ног и нежно лизнул пульсирующий бугорок. Она вскрикнула. Сразу вскрикнула и скомкала в руках простынь. Еще лизнул и сжал губами. Почувствовал на кончике языка ее удовольствие. Теперь она даже застонать не смогла, выгнулась в острой судороге, хватая ртом воздух. Потом только застонала, после того как дрожь чуть отпустила. Все было в этом протяжном звуке – и улыбка, и удовлетворение, и благодарность. Когда прижал ее к себе, еще вздрагивала.

— Денис… — выдохнула мгновением позже, скользнув грудью по смятым простыням — Шаурин перевернул ее на живот.

— Молчи.

— Ты меня сегодня хочешь вдоль и поперек?..

— Я тебя всегда хочу вдоль и поперек. Молчи.

Навалился на ее подрагивающее тело, невольно заставив выдохнуть под тяжестью собственного. Обессилев после оглушающей вспышки удовольствия, Юля, принимая его, только расслабленно прикрыла глаза и закинула руки за голову, подобрав волосы наверх. Ее коса, не сколотая, давно уже расплелась, спутанные волосы рассыпались по плечам. Дрогнули они, плечи: губы любимого на них почувствовались. Потом на шее, чуть ниже роста волос. И мурашки колкой россыпью по телу, когда прихватил зубами кожу. Всегда так реагировала. Такие они яркие были, и явные, что Денис их заметил тоже — провел по спине ладонью, словно смахнуть пытался. Кажется, после этого тело ее снова проснулось, вздрогнуло, набралось прежнего возбуждения. Заговорило неуловимым напряжением мышц, скомканной дрожью, измененным ритмом дыхания.

— Я сейчас чувствую, что два года мне ждать точно не придется. Ты, по-моему, уже согласна… — проговорил ей на ухо.

— Если оставишь меня на животе, то не мечтай. Это твоя любимая поза… — еле выдохнула.

Тогда он перекатил ее на спину и помедлил, переводя дыхание.

За окном белел рассвет. Как-то внезапно он пришел, вдруг рассеял темноту, и вот уже можно смотреть в серые глаза и различать их выражение; видеть четкий очерк чувственных губ, которые так страстно целовали.

— Это совсем нечестные методы, — прошептала Юля, скользнув пальцами по его шее, к плечам, обрисовывая рельеф напряженных мышц, обнимая его спину.

Принимая в себя глубокие резкие удары, сжала Дениса крепко бедрами, прикрыла глаза, ожидая пока волна удовольствия не затопит с головой. Но оргазм пришел не волной, а яркой вспышкой. Горячим взрывом. Почему-то внезапно он случился, этот радужный взрыв, как сегодняшний рассвет. Сразу все силы украл, обездвижил, оглушил. Ослепил. Сквозь эту сладкую пелену с наслаждением впитывала мужские стоны и последние судорожные движения.

В комнате стоял пряный запах секса. Наверное, так пахнет жизнь.

Пошевелиться не мог, придавил ее всем телом, распластал на постели. Тяжело ей, точно тяжело. Но не мог двинуться.