Вот и закончилась та полоса жизни, которую справедливо могу назвать черной. Я не только вернулась домой, но и смогла отомстить тому, кто разрушил мою жизнь. Теперь у меня новое имя и новые друзья. И впервые за долгое время я с надеждой смотрю в будущее. Вот только от прежней меня мало что осталось. Да и родная Земля не спешит принимать обратно ту, от которой предпочла избавиться. Быть может, это оттого, что с собой я принесла частицу Дхаара? Или потому что свое глупое сердце оставила там, в далеком и жестоком мире? В любом случае, все чаще ловлю себя на том, что тоскую по оранжево-красной планете. В особенности по одному невыносимо холодному и горячо любимому демону. Я верю, он найдет способ и заберет меня отсюда. Ведь мой настоящий дом там, где сердце.

Темно-синий внедорожник остановился в самом конце глухой улочки у пахнущего свежим раствором высокого кирпичного забора. Я молча наблюдала, как Сэм резво вышел из машины, чтобы открыть мне дверцу.

— Как тебе? — спросил он, позволив немного осмотреться, — я старался, чтобы дом был в стороне, подальше от любопытных глаз. Этот подходит более всего.

— Ты прав, — вымучено улыбнувшись, согласилась с мужчиной, — лучшего варианта нам не найти.

— Пойдем! Покажу, что внутри. Там осталось немного доделать и будет вполне прилично, — оживившись, Сэм стал рассказывать о новшествах, призванных сделать мою жизнь в этом захолустье комфортной.

— Пройдемся? — оборвав на полуслове, взяла друга за руку и потянула в сторону виднеющейся среди разросшегося поодаль от забора бурьяна дорожки.

— Я догоню, — ответил Сэм, — только отдам несколько распоряжений.

Молча кивнув, побрела по тропинке. А за спиной уже слышались резкие, почти лающие, команды Седого. Это со мной он всегда мягкий и покладистый. Для всех остальных Седихин Эдуард Михайлович жесткий и деспотичный начальник. Впрочем, другому и не под силу удержать в своих руках огромную финансовую компанию. А если принять во внимание тот ад, через который мы с ним прошли вместе, то ничего удивительного. Любой бы изменился, оказавшись на волосок от гибели. И это отразилось бы на всем: образе жизни, друзьях и врагах. Последних, к слову, стало значительно больше.

Путаясь в густой траве, вышла к небольшому озерцу. Хотя слишком громкое название для лужицы, скопившейся на дне неглубокого овражка. Пустые пластиковые бутылки, остатки упаковки от какой-то еды быстрого приготовления, обрывки целлофана и прочий мусор только усугубляли внешний вид.

Убраться бы тут, облагородить. Неплохое, ведь, место получится, — пришла на ум полезная мысль. Все же молодой дубок, росший на пригорке и оголивший корни на размытом дождями склоне, смотрелся очень живописно.

— Я распоряжусь, — коротко ответил Сэм, стоило мне только заикнуться об этом.