Небось и сам так думаешь, – отмахнулся Матвей.

– Ну, чего я там думаю, то моё дело, а вот ты запомни. С сильным не борись, с богатым не судись. А полиция завсегда права будет, потому как она на империю работает.

– Это что ж я за казак буду, ежели сильного испугаюсь? – иронично хмыкнул парень. – Нет, батя. Тут не судиться, тут хитростью надо. Чтобы ни у кого к тебе даже случайных вопросов не было."

"– Да уж, перебаламутил ты в тот раз город, – проворчал Григорий, теребя себе чуб. – По сей день вспоминают. Умудрился же. Одними ножами кучу народу положил.

– А чего, мне надо было их пряниками угощать? – фыркнул парень. – Ну да хрен с ними. Я вон ножи кухонные продал. Обе укладки.

– И почём?

– Двадцать четыре рублика на ассигнации, – гордо ответил Матвей, протягивая отцу деньги.

– Уже с прибытком, – рассмеялся кузнец. – Ну и ловок же ты в торговле. Что ни новинка, так первым делом уходит.

Их разговор прервал очередной покупатель. Но едва только Матвей поднял голову, как сразу узнал в купце того самого мужика, которому советовал сделать себе для серебра переносной сейф с наручником. Купец, едва приметив на прилавке замки, жестом подозвал к себе помощника и, ткнув в запоры пальцем, спросил:

– Цена прежняя?

– И тебе здоровья, мил человек, – усмехнулся парень. – Прежняя.

– Серебром возьмёшь? – деловито поинтересовался купец, принимаясь рассматривать замки.

– И серебром берём и ассигнациями, – кивнул парень, продолжая улыбаться.

– Сколько замков при себе имеется?

– Два десятка тех и других всего имеем. Только торговать стали, ещё и не продали ни одного.

– Мало, – скривился купец. – Ну да делать нечего. Все заберу. Серебром плачу, – закончил он, забирая у слуги увесистый сундучок и со стуком ставя его на прилавок.

– Как пожелаете. Батя, прими, будь добр, – перенаправил Матвей покупателя.

С местными монетами кузнец разберётся лучше него, в этом парень даже не сомневался. Так что Григорий принялся пересчитывать получаемые деньги, попутно проверяя их качество, а сам Матвей переключился на очередного мастерового, задумчиво вертевшего в руках набор стамесок. Это тоже было одним из предложений парня. Помня, как крестьяне и мастера выискивали по ярмарке толковый инструмент, он уговорил отца отковать пару комплектов столярных стамесок и тёсел. Благодаря механизации, инструмент выходил ровный, гладкий, и заточен был так, что им бриться можно было.

Так что задумчивость мужика понять было можно. С первого взгляда становилось понятно, что комплект отличного качества и прослужит долго, но и стоит он наверняка дорого. Вот и мучился мастер, пытаясь решить, так ли сильно нужна ему такая роскошь.

– Не сомневайся, мил человек, – чуть подтолкнул его Матвей. – Инструмент добрый, от души делан. Долго прослужит.