– Говори, Катюша. Откажешь, так тому и быть. Обид таить не стану, – чуть подтолкнул её Матвей, пытаясь разрядить обстановку.

– Так что, пойдёшь на него? – спросил девушку Лукич.

– Пойду, – еле слышно ответила Катерина.

– Что ж. Значит, так тому и быть, – прихлопнув ладонью по столу, резюмировал Лукич. – Когда свадьбу-то играть станете? – повернулся он к Григорию.

– А по осени и сыграем. Как страда закончится, так и начнём, – усмехнулся кузнец.

– Добре. Помогай бог, станичники, – подвёл Лукич итог беседе.

Собравшиеся дружно поднялись и направились к дверям.

Женщин казаки отправили на дом к Катерине в бричке, а сами прогулочным шагом направились к дому кузнеца. Теперь, когда договорённость была достигнута, это дело требовалось как следует отметить. Шагая рядом с отцом, Матвей мысленно прикидывал, как изменится его социальный статус в местном обществе после женитьбы. Ему, как человеку из другой эпохи, все эти заморочки с женитьбой были мало понятны.

Ну женился человек, и чего? От того у него хвост прорезаться начнёт или копыта появятся? Или вдруг рога вылезут? Понятно, что в виртуальном плане они вполне могут появиться, но тут уж как бог даст.

С другой стороны, чтобы молодая жена в этом времени вдруг пустилась во все тяжкие, мужу нужно было как следует постараться. Во всяком случае, в станице было именно так. Естественно, о нравах, царящих в высшем обществе, Матвей и слышал, и читал, но казачья станица это не высший свет.

Тут или жена мужа ненавидит и таким образом мстит ему за порушенную жизнь, или любит другого и жить без него не может. В общем, как-то так. Задумавшись, парень и сам не заметил, как вся компания добралась до дома.

Усевшись в красном углу, как виновник торжества, Матвей оглядел заставленный угощениями стол и мысленно покривился. Похоже, праздник грозил затянуться до поздней ночи.

К его удивлению, женщины, добравшись до дома Катерины, быстро сменили одежду и уже находились в полном составе здесь. Настасья, как хозяйка дома, руководила своей командой, а все остальные быстро выполняли её указания. Саму Катерину посадили рядом с Матвеем, отведя им роль истуканов. Говорить или хоть как-то влиять на ситуацию молодые не могли.

Но так как это была ещё не свадьба, то и всё остальное им не дозволялось. В общем, сидите и не чирикайте.

Плюнув на условности, Матвей, воспользовавшись тем, что на них уже никто не обращает внимания, склонился к плечу невесты и тихо спросил:

– Кушать хочешь? А то я с этими делами страсть как голодный.

– Хочу, – пряча улыбку, призналась девушка. – С самого утра не евши.

Кивнув, Матвей прихватил со стола её тарелку и принялся наваливать на неё всё, до чего мог дотянуться, не вставая.