Эмма и Коля по-прежнему действовали молча. Они уже научились понимать друг друга без слов, и одного знака рукой было вполне достаточно. Длинный коридор вывел их в отдаленные, заброшенные проходы, где когда-то были комнаты Изоляции, – это шепнул Колька, кивнув на белые закрытые двери. Приблизился к ним, прислушался, удивленно оглянулся на Эмму.

Но Эмма уже и сама почувствовала. Запах человека тут буквально висел в воздухе – на полу, на стенах. За белыми дверями обитали люди. И Эмма даже знала кто.

Колька решительно вставил свою флешку и без труда взломал старый код замка. Дверь отъехала в сторону, и на них уставились несколько пар глаз, слишком знакомых. Но ни одного чувства не отразили лица Риты, Нитки, Кати и Инны. Они смотрели на старых друзей так, словно видят их в первый раз и словно им все равно, что у них перед глазами.

Перед девочками стояло множество коробок, в которые они рассортировывали детали разобранных уборщиков. Вся комната была завалена поломанными роботами, и девочки, отвернувшись от вошедших, снова принялись за работу. Слаженно, молча и тихо. И до ужаса методично. Будто они сами превратились в этаких больших каракатиц и теперь трудятся на благо станции, выполняя программы.

– Вы чего? – не понял Колька. – Как у вас дела?

Рита медленно подняла голову и медленно выговорила:

– Дед Пихто. Ты что, сдурела, Ритка? – фыркнул Колька.

– Ты мешаешь выполнению задания.

Колька попятился. Нахмурился. Уточнил:

– Ты притворяешься? Это розыгрыш?

Рита больше ничего не ответила. Все остальные продолжили работу.

– А Сеня где? Ваш мальчик где? Куда вы его дели? – не унимался Колька.

– Какой мальчик? – снова медленно спросила Рита.

– Инна, он же твой брат! Ты сдурела, что ли? Брата куда вы дели? – Колька сорвался на ор, и Эмма поняла, что его охватывает ужас.

Она и сама чувствовала, как шевелятся волосы на голове. Это были уже не обычные девчонки, с которыми они совсем недавно дружили и общались. Но это и не роботы, от них пахнет человеком. Они люди. И запах пота, и запах одежды, и запах немытых волос – все это чувствовалось слишком ясно.

Девочки больше не отвечали, лишь сосредоточенно трудились над деталями.

– Пошли отсюда, а? – Эмма дернула Колючего, отступила назад, резко выдернула флешку из гнезда и позволила двери закрыться.

– Они заболели, что ли? – уточнил он, растерянно двигаясь вдоль коридора.

– Я думаю, что это чипы в их головах. Они заблокированы. Видимо, так.

– А Сеньку они куда дели?

– Не знаю. Надо нашим внизу все рассказать, чтобы уже никто больше не думал перейти на сторону пауков. Вот она, хорошая жизнь. И думать не надо – за тебя роботы будут думать. Сидишь себе и перебираешь железяки. А когда и эта работа закончится, тебя просто выключат, чтобы не мешал.