— Да, я оказалась в трудном положении. И не могла понять, что чувствую на самом деле.

— Ты не могла понять, что лучше: стать возможной женой маркиза или любовницей принца? И правда, тяжёлый выбор!

— Любовницей… — хмыкнула девушка.

— А кем же ещё? — Ренельд развёл руками. — Или ты думала, что Лоррен женится на тебе? На девушке, которая не имеет достаточно высокого титула, чтобы претендовать на это?

— Он поддержал меня, когда я лишилась магии! — повысила голос Оли. —  В отличие от тебя!

— Да! Потому что ты бросилась искать утешения у него. А меня обвинила в том, что я просто таков, каким родился. Не с твоей ли руки по Санктуру пошли именно эти слухи?

— Сколько раз повторять! Я не имею к этому отношения! Тем более, если бы я начала пускать как ты выразился, слухи твой отец стёр бы меня в порошок.

— У тебя был неплохой защитник, — прервал её Ренельд. — Но Лоррен погиб. Наверное, тебе очень жаль.

Он усмехнулся, чувствуя, как неохотно внутри стихает волна гнева. Проклятье! Зачем она снова явилась и начала всё это ворошить? Казалось бы, давно уже прошло, а сейчас вся эта смесь чувств — ярких и отравляющих одновременно, вновь всколыхнулась в памяти, будто всё случилось вчера.

Наверное, он до сих пор многое не мог понять. Отследить тот момент, когда всё свернуло не туда.

— А тебе? Хоть немного было жаль, что всё так закончилось? — Оли всё продолжала распаляться. Как будто воспоминания до сих пор задевали и её тоже. — Может, прояви ты чуть больше участия…

— Я не хотел того, что ты затеяла. И предупреждал тебя, что с тёмной аурой шутки плохи — особенно при ограниченном резерве светлой энергии. Я сам толком не умел управлять потоками… — Ренельд усилием заставил себя прерваться. — Зачем мы вообще снова об этом говорим? Что ещё ты не выяснила тогда? Я только отчасти виноват в том, что случилось. Виноват в том, что не был достаточно настойчив, чтобы тебя переубедить.

— Ты виноват в том, что я любила тебя слишком сильно, чтобы остановиться. Не попытаться изменить баланс твоей ауры. Ведь так тебе было бы лучше… — Оли всё же потупилась. Подошла к столу и налила себе воды в стакан.

Выпила резким движением и замерла, почти касаясь локтем руки Ренельда.

— Это ты так решила, что мне будет лучше. Но, поверь, что и с тёмной аурой я живу неплохо. И нашёл себя.

— Да? — Оли посмотрела на него искоса. — Если бы ты оставил прошлое за спиной, то не решил бы жениться на Мари. Разве не потому ты с ней, что она напоминает меня?

Было бы обманом не признавать, что поначалу Мариэта и правда напоминала Ренельду её сестру. Он много раз ловил себя на этой мысли, на ощущении дежавю — в отдельных жестах графини, словах, наклоне головы или тому, как она улыбается. Но со временем это прошло.