Но, как часто бывает, более насущные дела начисто выбили у меня из головы эту проблему. К тому же обычно мы не вспоминаем о том, что нас не беспокоит. Так вот это спящее заклятие и не беспокоило меня. Ровно до прошлой ночи.

А там, как говорится, понеслось… Сначала я просто увидела повторение того злосчастного поцелуя с Ренельдом де Ламьером. Чтоб ему жгучая многоножка в штаны заползла! Ведь я не только увидела, но и ощутила всё так, как будто всё это случилось снова.

И это ещё полбеды! Потому что та подлая часть разума, что отвечает за сновидения, продолжила развитие событий явно не в мою пользу. От полнейшей воображаемой капитуляции в жарких руках месье дознавателя меня спасло только резкое пробуждение.

И я готова была списать всё это на обилие неоднозначных впечатлений от прошедших накануне встреч. Однако весь день после этого меня ощутимо давила какая-то иррациональная тоска. А в следующую ночь сновидение повторилось. Правда, немного в других обстоятельствах.

Поутру соседней подушке, на которой мог бы спать мой супруг, ну или на худой конец любовник, немало досталось. После Аби пришлось убирать перья, что разлетелись из неё во все стороны — служанка немало поворчала, я слышала. Но что же поделать! У всех есть право встать с постели в плохом настроении.

— Значит, ты считаешь, что дело в проснувшейся привязке? — Жеана покрутила в пальцах хитро устроенную ручку, наполненную чернилами. — Но для этого должны быть причины.

— Они есть! — я кивнула. — Поцелуй.

— И только? — кажется, лекарка была немного разочарована. — Хотя… ты права, даже поцелуй может спровоцировать некоторые реакции. Если он был… Хм, сама понимаешь. Достаточно прочувствованным.

О-о! Он был очень прочувствованным! До сих пор поражаюсь, как я вообще позволила месье я-обалденно-целуюсь дознавателю всё то, что он проделал. Надо было огреть его чем потяжелее чуть раньше. Может, сейчас не маялась бы по ночам от фривольных картинок в моей голове.

— Перестань. Ты же лекарь! У тебя наверняка есть подходящие связи. Ведь причины болезней могут быть совершенно разными. Вот считай, что я точно больна!

А как это ещё назвать? Когда мысли никак покидает мужчина, который перевернул мою жизнь с ног на голову, а дальше ещё и собирается хорошенько в ней потоптаться? Который всё сделал для того, чтобы поставить меня в безвыходное положение. Потому что его доводы, вопреки моему нежеланию в них верить, выглядели вполне разумными. И чем больше я над тем размышляла, тем прочнее в том уверялась.

Перспективы у меня теперь грандиозные! Стать женой Ренельда де Ламьера! Напоказ. На время — но всё же. Да любая молодая аристократка королевства отгрызла бы мне голову, помоги ей это оказаться на моём месте!

Но, к сожалению, на моём месте только я.