Я не планировал этого, так сложились обстоятельства. Слуги оставили нас одних в порту в день перед отплытием корабля. Я знал, что никто не сможет нас узнать на Катонге и никто не хватится Уильяма и Мэри в Англии. Один удар в голову и один выстрел – и я избавился от них обоих. Затем я отнес их тела к реке и сбросил в воду.

– Боже, – прошептала Силвер; на ее глазах блестели слезы.

Бросив саблю, которая со звоном упала на пол, Морган подошел к Силвер и заключил ее в объятия. Скрючившись у ее ног, человек, которого она ненавидела столько лет, кашлял все сильнее, брызгая на пол кровью. Внезапно он затих, закрыл глаза и распластался на полу.

– Он… убил их. – Силвер повернулась в руках Моргана и, уткнувшись в его плечо, зарыдала.

– Твои родители любили тебя, Силвер, – мягко произнес Морган. – Мэри была очень доброй и деликатной женщиной. Уильяма отличали мужество и решимость. Я надеюсь, что ты унаследовала лучшее от них обоих.

– Мой отец любил меня, – машинально повторила Силвер, все еще не в состоянии осмыслить правду. – Он любил меня.

– Они оба тебя любили. Я надеюсь, что где бы они сейчас ни были, они знают, что ты – в полной безопасности и что я о тебе позабочусь. Они могут покоиться в мире.

– О Морган! – Силвер прижалась к нему сильнее. – Если бы только я могла их знать!

– Я знал их. Когда ты будешь к этому готова, я расскажу тебе о них все, что помню. Мы расскажем нашим детям, какие у них были замечательные бабушка и дедушка.

– Да, – прошептала она.

Силвер почувствовала, как он прижимается щекой к ее руке, и повернулась к нему.

– Я хочу продать это поместье, Морган. И хочу, чтобы все работники были освобождены. Пусть им будет предоставлен выбор – они могут остаться и работать на нового владельца или покинуть остров, чтобы жить там, где пожелают. Они сами должны принять решение.

– Я хочу, чтобы у них была доля в прибыли от продажи поместья, которая дала бы им возможность начать новую жизнь. Что касается Куако и Делии, то я хотела бы сама дать им денег, чтобы они могли купить себе хороший дом.

– Я позабочусь обо всем, как только мы доберемся до Саванны.

– Благодарю тебя, – тихо произнесла Силвер, часто моргая от навернувшихся слез.

– Я люблю вас, леди Салина, – нежно произнес Морган. – Я знаю – где бы они ни были, ваши отец и мать вами гордятся.

Вдалеке на якоре мирно покачивалась «Саванна». Море казалось сине–зеленым под лучами яркого солнца. Над головами с криками носились чайки, то взмывая в небо, то камнем бросаясь в воду. В воздухе звучали слова, которые за прошедшее столетие произносились бессчетное число раз – священник просил благословения Бога для всех собравшихся ради этого радостного события. За его словами последовало дружное «аминь».