– Даже не думайте об этом, – предупредил Морган.

– Я просто хочу поскорее принять ванну.

Это была ложь, и он понял это.

– Ваш отец был моим другом, – сказал Морган, надеясь ее успокоить. – Мы были знакомы, когда жили в Лондоне.

К его удивлению, после этих слов враждебности в ее взгляде стало только больше.

– Что вы хотите со мной сделать?

– Всего лишь отвезти домой.

«Что ж, попытайтесь», – подумала Силвер.

– Полагаю, ничто не способно изменить ваше намерение?

– Я многим обязан вашему отцу. Очень многим. То, что я верну ему дочь, поможет мне хоть как–то его отблагодарить.

По спине Силвер пробежала дрожь.

– Вы совсем замерзли. – Морган шагнул к ней, но Силвер поспешно отпрянула в сторону. – Может, вам принести одеяло?

– Горячей ванны будет достаточно.

В это мгновение раздался осторожный стук. Майор открыл дверь, и в комнату вошли два молодых матроса – один с тяжелой медной ванной, другой с сухой одеждой и жестяной миской, в которой дымилось тушеное мясо. Следом за матросами появился юнга – совсем молодой мальчик с рыжими волосами и большими карими глазами. Он принес холодную курицу, сыр и чашку чая. Глядя на еду, Силвер сглотнула слюну, решив, что следующий шаг к освобождению сделает лишь после того, как вымоется, наденет сухую одежду и поужинает.

– Я буду снаружи, если вам что–нибудь понадобится, – произнес Морган, когда матросы и юнга покинули каюту.

– Благодарю вас, майор.

Она не могла сдержать улыбки, провожая его взглядом. Майор явно ее недооценивал. Сейчас она подготовится и, когда он войдет, ударит его чем–нибудь тяжелым. Когда майор очнется, она будет уже далеко. Конечно, она постарается, чтобы он сильно не пострадал, но обязательно ударит по его светловолосой голове – просто потому, что у нее нет другого выхода.

От горячей воды в ванне поднимался густой пар, и Силвер поспешила снять с себя холодную мокрую одежду. Пока мысли о бегстве можно отложить. Ее ждут ванна и сытная еда.

Она не могла вспомнить, когда в последний раз ей было так же хорошо, как сейчас. На мгновение погрузившись в воду с головой, Силвер смыла с волос мыльную пену, затем вынырнула и расслабленно откинулась на край ванны.

Скоро она покинет корабль. Но сейчас, сидя в ванне перед огоньком камина, мерцающим в углу каюты, и медленно потягивая жасминовый чай, она хотела продлить блаженные мгновения. За пределами теплой каюты ее встретят проливной дождь и необходимость искать убежище. Как только ее попытка бежать удастся, она немедленно перекрасит волосы в каштановый цвет и направится на север, чтобы затеряться в каком–нибудь большом городе – Филадельфии или даже Нью–Йорке.