Он никогда не переусердствовал, ведь, как я уже говорила, богатые люди не бьют своих детей, но мы оба знали: он делал это потому, что мне не нравилось находиться с ним рядом. Вероятно, оставляемые время от времени синяки служили в его глазах приятным бонусом.

Крест не имел никакого отношения к религии. Он был посланием, жирно выведенным черными чернилами.

Не пересекать.

– Чмошник уволен. Хочу, чтобы к полудню его ноутбук был у меня на столе. Не говоря уже про пароли, корпоративный телефон и пропуск на парковку, который я отдам кому-нибудь более достойному. Может, пареньку, который доставляет нам корзины с фруктами по утрам.

Вишес махнул рукой в сторону Рассела и выхватил у Джейми из рук один из двух стаканов кофе. У меня сжалось сердце.

Трент молча открыл пинком дверь, которая вела, по всей видимости, в его кабинет. Наверное, я не должна была испытывать чистейший восторг оттого, что все они проигнорировали моего отца.

– Никого сегодня не уволят. К тому же нас ждут дела поважнее. У меня в кабинете.

– Во-первых, к черту твои дела. Во-вторых, нечего мне указывать. – Вишес в два глотка допил свой кофе и отдал стакан стоявшему ближе всех человеку.

– Вишес… – Джейми прокашлялся, а парень, державший в руках пустой стакан Вишеса, поспешил к лифту за второй порцией из «Старбакса».

– Парень скопировал статью из «Файнэншл таймс» и разместил ее на нашем сайте. Нас могли засудить или того хуже.

– П-прошу вас, – запинаясь, пролепетал Рассел, своей захлестывающей слабостью распаляя жажду крови в каждом стоящем поблизости хищнике, включая меня. – Я совершил ошибку. У меня не было времени написать статью. Моей дочери две недели от роду, и она плохо спит по ночам…

Я больше не могла это выносить.

– Оставьте человека в покое! – выпалила я и вырвала руку из отцовской хватки, а ноги сами двинулись к Беспутным Хулиганам.

Все четверо устремили на меня взгляды, и хотя все они были порядком удивлены, только на лице Трента читалось явное отвращение. Не обращая на него внимания, я указала на Рассела.

– Он же сказал, что сожалеет о случившемся. Зачем ему намеренно портачить? Да бросьте же, ему надо кормить семью."

"– А мне нравится, – усмехнулся Коул и, качая головой, похлопал Спенсера по спине.

Щеки залило густым румянцем. Вишес стоял с равнодушным видом, едва отметив мое присутствие. Затем вновь посмотрел на Рассела и шикнул на него вместо увольнения, а Трент, оскалившись, повернулся ко мне.

– Сегодня в компании детский день? Не припомню, чтобы получал уведомление.

В его голосе сочилось столько яда, что хватило бы для убийства кита. Я ответила ему суровым взглядом в приступе напускной уверенности, которую на самом деле не ощущала.