— Папа, — хрипела я, отчаянно стараясь вдохнуть. — Папа, пожалуйста…

Его ботинок врезался мне в лицо, и мир расплылся.

Дрожа всем телом, я свернулась в клубок и зажмурилась.

Удар, удар, удар и еще удар.

Треща и хрипя, я отчаянно цеплялась за картину в воображении: лицо Джонни.

Тело уже болело не так сильно.

Я не ощущала ударов.

Я не слышала криков братьев.

— Он идет! — крикнул Олли. Следом я услышала, как хлопнула входная дверь. — Перестань бить мою сестру!

Собрав последние силы, я заставила себя прикрыть голову руками и защититься от отцовских ударов.

Я услышала голоса: сначала мамин, потом голос Джоуи.

Я почувствовала две пары рук, обхвативших мое тело, открыла глаза и увидела обоих младших братьев: Тайг и Олли пытались заслонить меня собой.

Во всяком случае, так мне показалось.

Его щека была ярко-красная от крови.

Я уже ничего не могла понять.

Раскрыв рот, я пыталась втянуть воздух в легкие, пока зрение, потерявшее четкость несколько ударов назад, возвращало ясные контуры изображениям.

Я увидела, что мать стоит посреди кухни.

Отец отошел от меня на несколько футов и опасливо посматривал на дверь.

Увидев меня, Олли и Тайга, сбившихся в один комок, мама залилась слезами.

Джоуи, застывший в проеме двери, отреагировал иначе.

Бросив спортивную сумку, он ринулся на отца и снес его с ног.

— Ты сраный ублюдок, — прорычал брат, молотя кулаками по отцовскому лицу. — Грязная долбаная скотина!

Ударив отца еще раз, он вскочил на ноги.

— А ну, ударь меня! — потребовал он, силой поднимая отца с пола. — Давай, говнюк. — Джоуи постучал себе по груди, подзадоривая отца ударить его. — Ударь кого-нибудь, кто с тебя ростом.

— Джоуи! — закричала мама. — Пожалуйста, не надо…

— А ты заткнись! — огрызнулся на нее брат. — Ты самая ничтожная мать из всех, что когда-нибудь ходили по земле!

— Щенок! — Отец размахнулся и кулаком заехал Джоуи по щеке. — Я тебя научу, как себя вести!

— Видела? — спросил Джоуи, адресуя вопрос маме. — Видела, как он меня ударил? — Увернувшись от нового удара, Джоуи отступил и впечатал кулак в лицо отцу. — Видишь, как он обращается с твоими детьми?

Отец пошатнулся и осел на пол. Джоуи навис над ним.

— Джоуи, — прохрипела я, хватаясь за грудь, чувствуя, как ребра вот-вот сложатся вовнутрь. — Хватит! Он не стоит того, чтобы ты попадал в тюрьму.

Джоуи не останавливался.

Он продолжал молотить отца.

— Оставь его! — закричала мама. — Джоуи, остановись! Ты его убьешь!

— Вот и хорошо! — ответил Джоуи.

Он сидел на отце верхом, нанося удар за ударом.

Кулаки двигались так быстро, что рябило в глазах.

— Джоуи… — Выплюнув кровь, я встала на четвереньки и потащила свое истерзанное тело к брату, движимая желанием уберечь его от непоправимого.