Это он знает из наблюдений за окружающими. Они всегда ждут, что кто-то им скажет и укажет, как следует себя вести, что предпринимать в определенных обстоятельствах. И все не потому, что они ленивы, а только потому, что они боятся принять на себя ответственность. Кто не боится, кто готов за себя отвечать, кто готов сам решать, как ему жить и жить ли вообще, тот и получает в награду удачу.

Циремпилу дан срок. Два с небольшим месяца. При этом следует понимать, что террорист господин Кито вполне может хитрить. Не такой он человек, чтобы доверять всем, и наверняка не доверяет Циремпилу.

И потому, обозначая свой отъезд в два с лишним месяца, он вполне может рассчитывать вернуться через полтора, а то и через месяц, чтобы не дать возможности Дашинимаеву подготовиться к принятию необходимых мер к своему спасению.

Второй этаж дома напоминает собой жилище восточного человека. Перегородки в комнатах выполнены в японском, а совсем не в немецком стиле – сделаны из бумаги. На полу жесткие циновки из рисовой соломы и маленькие столики на коротких ножках. Только сейчас Циремпил определяет национальность господина Кито – по этому стилю, отличному от большинства азиатских.

Бурятский быт совсем другой, но все же он схож с японским стремлением расположиться ближе к земле и потому не утомляет. Тем не менее необходимость садиться подгибая под себя ноги сразу отдается в душе Дашинимаева ностальгическими нотками. Вспоминается дед-пастух в степи под Борзей, вспоминаются детские поездки к нему, дедовская юрта, покрытая внутри простенькими домоткаными коврами в несколько слоев. Это воспоминание приятно, и Циремпил охотно подчиняется жесту господина Кито, приглашающего присесть.

Господин Кито оборачивается через плечо и коротко смотрит на окно. Окна, как и наружные стены, здесь вполне германские. Основательные.

– Я вижу, вы знакомы даже с японской поэзией. Приятно иметь дело с культурным человеком. Однако я обязан вас предупредить, что окна в этом доме не просто не бумажные. Они выполнены из бронированного стекла на случай непредвиденных обстоятельств и открываются только сложными ключами.

Разбить стекло и проникнуть в дом через окно невозможно. Обыкновенная пуля – пистолетная, автоматная – это стекло не пробьет. Только пуля крупнокалиберного пулемета... Это я предупреждаю вас – беспокоиться не стоит, безопасность в этом доме вам гарантирована.

Циремпил отлично понимает речь господина Кито. Он тоже восточный человек, и восточные иносказания понятны ему прекрасно. Хозяин говорит не о безопасности, а о том, что невозможно разбить стекло и бежать через окно. Вот и все...