Кошачья грация движений, да ещё и обнажённый мускулистый торс, от вида которого я зависала, хоть он и был покрыт шрамами, выбивали меня из душевного равновесия.

Мне очень нравился его низкий хрипловатый голос, в нём непостижимым образом сочетались и скрытая сила, и мягкость бархата. И когда Лекс называл меня лапушкой — мне это тоже было приятно.

Но самым главным в его облике были глаза — лучистые, с хитринками, они переливались, как игривая ртуть, лаская меня серебристыми искрами. А его улыбка — дерзкая, тёплая и невероятно сексуальная — вышибала все мысли из моей головы напрочь, вводя в эйфорийный ступор моего внутреннего эстета.

Когда я рухнула на него в коридоре, он глухо застонал: его жуткие ожоги на спине закровоточили, но вслух он лишь заботливо поинтересовался, не ушиблась ли я. А то, как мужественно и спокойно он держался, когда мы с Рэем лечили его спину, вызывало моё восхищение.

Кормление Няшика меня просто добило. Хотелось расплываться лужицей от умиления, наблюдая, как этот мускулистый воин кормит моего пушистого малыша.

Я старалась не вспоминать подробности нашего знакомства: то, как он приятно массировал мне грудь, дразняще ущипнул за сосок, погладил животик и скользнул пальцем по клитору в поисках волшебной кнопочки — при мыслях об этом щёки вспыхивали предательским румянцем.

Так что я то и дело давала себе мысленные подзатыльники и повторяла установку не пялиться на напарника Рэя и вести себя достойно. Не хватало ещё, чтобы муж начал ревновать. Не хочу причинять ему такую боль. Нельзя разрушать их дружбу и допустить, чтобы они ссорились из-за меня.

Конечно, как бы дерзко ни вёл себя со мной Лекс, Рэй реагировал на это удивительно спокойно. Но я всё же решила, что не стоит рисковать, лучше проявлять к Лексу сдержанность, хотя бы внешне.

— Всё хорошо? — улыбнулась я мужу, когда он вернулся ко мне, проводив друга.

— Да, — коротко кивнул он, окидывая меня ласковым задумчивым взглядом, который меня насторожил.

— Лекс что-то сказал тебе перед уходом? — спросила я, продолжая наглаживать животик расплывшегося на моих коленях котёнка. Даже само прикосновение к нежнейшей кошачьей шёрстке вызывало у меня умиротворение.

— Э-э-э, ну-у-у… — неожиданно замялся Рэй. — Он сказал, что придёт к нам в гости сразу, как только его выпишут. Дней через пять.

— Конечно, пусть приходит, — отозвалась я.

— Он тебе понравился? — озадачил меня вопросом муж.

— Хороший мужчина. Приятный, добрый, — ответила я, осторожно подбирая слова. — Няшика покормил.

— Верно, — задумчиво отозвался Рэй, окидывая меня нечитаемым взглядом.

— Ты говорил, что на его отца было совершено несколько покушений. Думаешь, его враги теперь переключились на Лекса? Он в опасности? — спросила я.