В Подгорье он повторил попытку, уже с помощью магии, однако что-то его спугнуло. Возможно, те самые мужики, о которых ты столь нелестно отзывалась. Как, впрочем, и они о тебе.

— Думаешь, он за нами от самого Выселка следил?

— Нет, конечно, это невозможно. Кинул весточку сообщнику, а тот и рад стараться.

— И что же это за непомерно крутой тип, если у него в каждом селе по своему магу?! В Выселке — та толстая баба, и не удивлюсь, если главный городской чародей. В Ясневом Граде — Ассариэль. В Расколотой Горке тоже кто-то сподобился маячок повесить. В Подгорье — таинственный незнакомец, о котором даже жители не знают.

А вдруг он и сейчас где-то здесь, в обозе?

— Ну почему «вдруг»? Вон он, на тех санях дрыхнет.

— Где?! — подхватилась я. — Шутишь?!

Верес дернул меня за подол кожуха, пытаясь снова усадить, но те сопли, на которых оный держался, не выдержали. Колдун виновато протянул мне получившуюся тряпочку, я сердито вырвала и всё-таки села.

— Подозреваю. Он втихомолку, когда никто не видит, балуется с магией. Точнее, ему кажется, что втихомолку.

— Чтоб я знал. Может, просто греется. А может, отдает телепатические приказы нежити.

Во всяком случае, маскируется он на уровне магистра третьей степени.

Замерзшие твари подвывали так жалостливо, что, будь у меня чуть побольше сострадания, сама бы к ним вышла.

— Давай его разбудим и душевно побеседуем? — зловеще предложила я, блеснув радужками.

— А он скажет, что если у нас мозги набекрень, то это еще не повод нарушать праведный сон порядочных людей. Мы в равном положении, Шел. На виду у купцов он не смеет тронуть нас, а мы — его.

— Эх, будь у нас в команде нормальный маг, мы бы его живо раскололи! — в который раз посетовала я, нехотя признавая его правоту.

— Другой маг вообще бы ничего не почувствовал, — обиделся Верес. — Скажи спасибо хоть за это.

— Ага, «спасибо», только настроение испортил… — Я расстелила одеяло, решив хотя бы попытаться заснуть.

Колдун не настаивал на продолжении разговора. Но и ложиться, похоже, не собирался, подбросив в костер несколько поленьев. Как ни странно, меня это здорово успокаивало. В бдительности Вереса я уже не единожды убедилась, авось и сейчас не сплохует.

Дожила — колдуну доверять! А что поделать, если в этом окончательно сошедшем с ума мире больше некому?!

Когда я высунула нос из-под одеяла, сощурившись от бликующего под солнцем снега, Верес так и сидел у костра, чуть слышно похрапывая из-под капюшона.

Только я хотела издать гневный вопль по этому поводу, как мужчина, не открывая глаз, сказал:

— С добрым утром, Шел.

— Ты хоть немного поспал? — смягчилась я.

— Вполглаза. — Колдун зевнул, потянулся. — Хороший сегодня денек.

— Это мы только вечером сможем определить, — хмуро возразила я.