— А дальше «Орест» попадет в зону высокого риска оружейного поражения, — сказал я, поглядывая на пульсирующие красным пятна. — Тихон Семенович, ведь цесаревич дал распоряжение исключить риски.

— Дело не столько в «Орисе», ваше сиятельство. За нас не стоит волноваться — мы привыкли ходить по самому краешку, — командир корвета не сводил глаз с карты, вероятно выискивая более удачные варианты подлета. — Дело в вашей группе. Риск в том, что вас быстро обнаружат. Быть может раньше, чем вы доберетесь до города. Вот это на данный момент меня заботит больше всего. План, который представлен Елисеем Ивановичем безусловно хорош, но ровно до того момента пока не открылись новые обстоятельства. Я пока не представляю, как сделать так, чтобы пройти незамеченными до места высадки. Разве что зайти с севера, например, с Лочинвера, но тогда вам добираться через весь Альбион. И даже это… — он покачал головой, — даже это не гарантирует, что мы снимем все риски.

— Совсем не гарантирует, — Абуладзе на миг отвернулся от экрана. И мне показалось, он сказал это лишь для того, чтобы еще раз полюбоваться Наташей и облизнуться.

— Вы можете сделать несколько ложных посадок и какой-то отвлекающий маневр. Обычно нас так высаживали, — заметила Бондарева. — Желательно лесной массив, примыкающий к городу.

— Давайте, Тихон Семенович, поступим так: вы пока держите курс условно на Испанию, чтобы не терять время и иметь возможность высадить нас до рассвета. А я с Натальей Петровной подумаю над местом высадки. Вы можете переслать эту карту на коммуникатор в нашей каюте? — движением руки я обвел тускло светящийся экран и добавил: — Так чтобы с метками их локаторов. Мне нужно час на раздумье. Через час, как я понимаю, будем над Польшей?

— Именно так, — Лосев покосился на главный обзорный экран.

— Тогда до встречи через час. Здесь, в рубке будет удобно? — спросил я и взял штабс-капитана за руку, как бы приглашая ее следовать за собой.

— Что за вольности, ваше сиятельство? — возмутилась Бондарева, убирая свою руку, когда мы вышли в коридор.

— Налаживаю телесный контакт, Наталья Петровна. Он нам скоро потребуется. Сразу, как только вернемся в нашу каюту, — пояснил я и едва не засмеялся, видя, как меняется выражение ее лица.

— В чем дело, корнет⁈ — она резко остановилась, щечки покраснели, и я тут же почувствовал готовность к ментальной атаке.

Ментальная атака от хорошего специалиста — штука неприятная. В зависимости от целей она может приводить к самым разным результатам: маг способен просто сделать больно в любом участке физического тела; может наслать страх, причем такой, что захочется бежать, раздирая воздух собственным воплем ужаса — знал я таких ментальных умельцев.