Мы с Игнатом целовались!

   Юля отвела глаза в сторону, после чего пожала плечами. Вполне равнодушно.

   - Ничего особенного.

   - Куда вы ездили? - спросил её отец, вернувшись чуть позже. - Всё хорошо?

   О да, более чем! Игнат меня поцеловал!

   - Конечно, папа. Что могло случиться? Мы ездили в архив, по делам.

   - Наш мистер Совершенство приезжал? - полюбопытствовала позвонившая Милка. – Видела его машину у дома. Представляешь, махнула ему рукой, а он даже не заметил.

   Да, он тебя не заметил. И поцеловал сегодня меня!

   Этот фoнтан непонятного восторга необходимо было срочно остановить. Юля сделала глубокий вдох, сжала руку в кулак и прижала его к своему лбу. Посмотрела на своё отражение в оконном стекле. Вот именно так глупо она сейчас и выглядит. Подпрыгивая от счастья оттого, что кто-тo обратил на неё внимание.

   Не кто-то, а Игнат…

   От подруги удалось отделаться без лишних признаний, Юля поведала ей ту же историю, что и отцу. Что они с Игнатом ездили в городской архив по делам, и вернулись так быстро, как могли. И ничего особенного не произошло, рассказывать не о чем.

   Правда, Милка под конец разговора всё же заметила:

   - У тебя какой-то странный голос, - сказала она. – Аж звенит. Точно, всё в порядке?

   - Может, сходим завтра куда-нибудь?

   - Может, – не стала спорить Юля и быстренько с Милкой распрощалась.

   И что это все такие проницательные, ей-богу? Она же ни к кому с вопросами,тем более личными, не лезет, а другие вовсю любопытничают.

   Утром Юля проснулась в более чем благодушном настроении. Воодушевлённом и почти восторженном. Связывать столь запоздалую реакцию со вчерашним поцелуем показалось ей опасным, для собственного спокойствия и разумности,и поэтому она предпочла списать всё на чудесную погоду за окном. Солнце светило, на голубом небе ни единого облачка, птицы пели, а ветерок раздувал занавески на окне с похвальным энтузиазмом. Для того, чтобы счастье стало совершенно полным, хотелось вкусного завтрака и чашку ароматногo папиного кофе.

   - Это чем так пахнет? - заинтересовался Владимир Иванович, спустя час появившись на кухне. Он еще был заспанным, зевал, а вот Юля уже успела вынуть из духовки большую румяную ватрушку, которую в семье Тетериных называли «ленивой». Признаться, рецепт Юля позаимствовала у свекрови, а та у своей свекрови. Правда, Юля сумела внести свои корpективы,и не сомневалась, что её ватрушка получается вкуснее и пышнее, чем у Алевтины Ивановны или Марии Степановны. Это был её личный повод для гордости. Ведь надо было ей чем-то гордиться два года брака? Гордилась приобретёнными умениями.

   Юля отцу улыбнулась, подняла полотенце, которым была укрыта с любовью выпеченная сдоба.

   - Пахнет вкусным завтраком. Ты сваришь кофе?

   Это было идеальное утро.