Бабка махнула на неё костлявой рукой, Юля невольно зажмурилась от накатившего ужаса, во сне, который стал быстро превращаться в кошмар, a когда глаза открыла, поняла, что уже не одна. Ρядом был Игнат, пристально смотрел ей в глаза и склонялся к её лицу. Ниже, ниже, его губы уже касались её губ, а по телу Юли стал разливаться жар. Не от страсти, не от волнения, не от ожидания. Жар охватывал Юлино тело постепенно, превращаясь в нестерпимый, практически непереносимый, хотелось отдёрнуть руку, ногу, что-нибудь, чтобы облегчить страдания, но жар охватывал уже всё её тело.

И Юля вцепилась в руку Игната, ногтями вцепилась,и тут же отшатнулась, вдруг поняла, где они находятся. В комнате с сундуками.

   Точно, ей снится кошмар.

   Она дёрнулась и открыла глаза. Несколько секунд понадобилось на то, чтобы осознать: проснулась. Осторожно перевела дыхание, огляделась и к своему ужасу поняла, что в этой комнате и находится. Сундуки. Захотелось перекреститься. Сердце в панике подскочило, Юля выпрямилась в кресле, но уже в следующую секунду на себя разозлилась. Что за впечатлительность? Она случайно уснула в кресле у окна, солнце через пыльное стекло припекало щёку и голое плечо, отсюда и внезапный жар.

Никакой мистики и призраков.

   Хотя, явившаяся к ней Клавдия Поликарповна впечатление произвела. Особенно, разговорами про тайны и обвинениями Юли в глупости. Вот честно, обидно.

   - Я же стараюсь, - произнесла Юля в пустоту и тишину комнаты, оправдываясь неизвестно перед кем.

   Со старого кресла поднялась, отряхнула сарафан, огляделась в растеряннoсти, не зная, что теперь предпринять. Хочет баба Клава, чтобы она разбирала её драгоценные сундуки или нет, понятно не было.

И ведь пока Юля занималась первым этажом, почившая хозяйка дома к ней не приходила, видимо, ничего важного для себя в тех вещах не видела, а как тольқо дело коснулось сундуков,тут же явилась предупреждать.

   Ещё и Игната подослала.

   При воспоминании о его поцелуе, пусть случившемся во сне, накрывало волнение. Юля всё еще как наяву видела лицо Игната рядом со своим, его внимательный взгляд, чувствовала прикосновение его губ… Наверняка, это было подстроено. Юля даже головой в досаде качнула.

   - Как вам не стыдно, Клавдия Поликарповна.

Я же к вам со всем уважением, со всем пониманием, а вы… Взрослая же женщина.

   В доме было тихо, а в комнате жарко. Окна на втором этаже не открывались, солнце жарило,и в его лучах танцевали пылинки, целыми ансамблями. Хотелось спуститься вниз, в прохладу и выпить воды. Но Юля продолжала стоять посреди комнаты с сундуками, уперев руки в бока, и чувствуя себя до ужаса глупо. Но в этой комнате, по крайней мере, было светло и не так страшно, а вот в кухне обитало привидение.