Я протянул ей яблоко, которое оставил Алекс. Он отрицательно покачала головой.

— Скажи, Ирма, ты знала, что она умрёт?

— Нет. Откуда я могла это знать? Но Крис последние месяцы была какая-то странная. Я думаю, она или знала, или чувствовала.

— Поэтому торопилась оставить замену себе?

Ирма горько улыбнулась. Покачала головой.

— Не знаю. Я честно, Стёпа, не знаю. — Повернула лицо ко мне, смотрела мне в глаза. — Стёп, ты не думай, я не полезу в твою семью, пытаясь заменить Кристину. Тем более, её заменить невозможно. Я не Кристина. Я другой человек и Кристиной не стану. Ты это должен понимать.

Но Крис была частью меня. Как и я частью её. Да, между нами был и секс. Но мы с ней не были лезбиянками, если ты об этом думаешь. Несмотря на наличие у меня родителей и родного брата, именно она была для меня единственным близким и родным человеком. Хотя отца моего уже нет. А с братом и матерью мы фактически враги. Я же забрала все активы семьи. Им просто выделяю содержание. Хорошее содержание, но и только.

— А Полина, разве не близкий и родной тебе человек?

— Полина, это Полина. Она моя кровь и плоть. Моё продолжение. Ты и она идёте уже по другой категории близких и родных мне людей.

Это не менее значимее, чем Крис. Просто другое. — Мы сидели некоторое время молча. Я сделал ещё несколько глотков из бутылки. Ирма протянула руку, я ей отдал. Она допила остатки. Потом вдруг продолжила. Говорила, не глядя на меня. Смотрела на могильный камень. — Стёпа, я хочу попросить тебя. Это очень важно. У Сонечки, Кости и Игоря, кроме тебя есть ещё дедушка. А у Полины кроме меня и тебя никого нет. Подожди. Если со мной что-то случиться, обещай мне, что ты не оставишь Полину. Не отдашь её моей матери и моему брату. — Ирма перевела взгляд своих глаз с могильного камня на мои глаза. — Обещай пожалуйста. Ты её отец. Не только биологический, но и по документам. Поэтому они не смогут забрать её себе, если, конечно, ты сам не откажешься от неё. Она моя единственная наследница. Всё, что у меня есть, все счета, активы, компания, недвижимость по завещанию останется ей.

Я смотрел на неё. Да что ты будешь делать?!

— Ирма, вот только ты не начинай? Что значит с тобой должно что-то случится? Ты что, больна?

— Нет. Но… Тревожно мне. Не знаю, Стёп, может на меня повлияла смерть Кристи.

Но я составила завещание. Понимаешь, со временем многое переосмысливаешь. Это по началу тебе кажется, что жить ты будешь вечно. Что с тобой ничего не случится. Особенно когда молод.

— Ты и сейчас не старая далеко. — Ответил я. Ирма печально улыбнулась.

— Но мне уже не 20 лет. Смотрю я на это надгробье и понимаю, что вся наша жизнь скоротечна. Что в любой момент, раз и тебя. Совсем нет. И тогда, когда ты никого не оставляешь после себя, то уйти легче. Ибо помнить и страдать по тебе будет некому.