– Приём будет открытым, то есть вопросы и ответы будут услышаны всеми, кто пожелает присутствовать и будет допущен в замок. Будем и мы с его величеством. Мастер Гадан тоже, конечно. Ты не готова, в чем-то сомневаешься?

– Я готова, – кивнула Минель. – Леди Альд, я хотела поговорить. Хорошо, что мастер Гадан тоже тут. Это только мои подозрения, конечно, но можно ведь просто проверить? Если в королевском замке находится скрытая менталистка? – и она рассказала про подозрения леди Филомены.

Когда она закончила говорить, королева и колдун молча переглянулись.

– Девочка моя, это очень серьёзно, будь оно возможно.

– Я думаю про Валину Монтери, – стала объяснять Минель. – Со слов Ивина я поняла, что его сестра очень неприятная особа. Но оказалось, что это не так. И Валина призналась, что она всё время ссорилась с братом, они не понимали друг друга. Это, как мне показалось, даже абсурдно. Мы с Ивином тоже ссорились, это так, – она отметила улыбку на губах королевы, – но он был и добр, и терпелив, пытался договориться. А Валина с братом как будто не была собой.

Рихар Синари влюблён в неё много лет. Может, он влюблён не в ту девушку, которую знает Ивин?

– Люди подчас ведут себя более чем странно и без ментального воздействия извне, поверьте мне, леди, – заметил мастер Газан. – Братья и сестры ссорятся. Отчего-то это так.

– Графиня Корбут, – продолжала Минель. – Я не очень помню ту графиню Корбут, что была в моем детстве. Но всё равно она казалась разумной и сдержанной. Ивин упоминал, что его мать желает для Валины чуть ли не принца, отвергая другие предложения.

Но это же странно, простите. Да-да, люди ведут себя странно и сами по себе, – она взглянула на колдуна. – Но если менталист пробует силы, оттачивает навыки? Ведь усилить уже имеющиеся качества до абсурда вообще несложно?

Маленькая Минель когда-то пропускала мимо ушей рассуждения тётушки, про ментальную магию в том числе. Теперь оказалось, что кое-что она запомнила.

– Хм, – сказал колдун. – Леди Льен, полагаю, здесь и за колдунью не считается. Она гостья графа Финерваута, которому, простите, ваше величество, дозволено чрезмерно много.

И мои слова легко списать на обычную зависть, признаю. Фанезис и другие, те, кто служит королю, ничего не могут сделать вопреки своим клятвам. Но эта Льен присяг не приносила. Может всё, главное – осторожно, чтобы не попасться.

– Так вы считаете это возможным? – королева встала, прошлась по комнате. – Но это ужасно.

– Да, при условии, что Льен менталистка. Эти научно-колдовские исследования, которые проводились в Корбуте при прежнем графе, вызывают вопросы.