Синичка с небольшой запиской в клюве вспорхнула на подоконник и, выплюнув послание, тут же умчалась. Я подняла с пола записку, открыла ее…

Я должна была умереть. Ожоги тела, полное магическое истощение. Меня спасло то, что все случилось в лечебнице. Что у магистра Райгнорка достало сил удержать меня, стабилизировать состояние. И пока целители оперировали, я блуждала по лабиринтам Эйты. Безумие от боли, от понимания того, что я осталась без дара…

Воспоминания, как сонм пауков, опутывали меня, затягивали в болото прошлого, сковывали волю и разум. Я тряхнула головой и закусила губу.

До крови. Нет. Не сегодня и никогда после.

Селезень был дотошно осмотрен, и выужена еще пара амулетов. В том числе и охранный знак ковена, подтверждавший, что на гуляш эту птичку просто так не пустишь: она стоит на имперском учете. Посыльный солидно закрякал, мол, что правда, то правда. У-у-у… паразит.

На пол птицу опустила я с неохотой. И то лишь затем, чтобы заткнуть пледом дыру в окне: в комнате становилось все холоднее. И уже потом осторожно взяла послание. Еще раз проверила все печати, едва не обнюхала и наконец раскрыла.

Почерк был мне незнаком:

«Выпускнице Северной Вейхонской академии магии, проходящей практику в Хеллвиле, магессе Магде Фокс».

Литеры четкие и уверенные, без завитушек. Кто бы ни писал это письмо, предпочитал переходить к делу без обиняков и экивоков. В своем предположении я убедилась, прочтя вторую строчку:

«Приказ главы Имперского ковена, архимага Лорконсира Бейсминского Победоносного: не приносить вассальной клятвы самозванцу, темному магу Эрриану Тайрийскому, Мечу Темного Властелина, самопровозгласившему себя владетелем удела Гейзлорру.

Оные земли были, есть и будут территорией Светлой империи. Вы же, как истинная дочь своей Родины и верноподданная Его Императорского Величества Аврингроса Пятого, обязаны поступить так, как вам и надлежит при встрече с темным…»

Я прикрыла глаза, не дочитав. Все потому, что прекрасно знала, как «надлежит поступить истинной светлой». Если раньше, чуть больше трехсот лет назад, имперцы при виде чернокнижников и некромантов бросали смертельные заклятия в лоб, то ныне все изменилось. Особенно — после прорыва.

Нет, на бумаге и словах был заключен ряд договоров, но… Застарелая вражда жила и процветала.

Только теперь светлым надлежало уничтожать противника не столь очевидно. Ну или как придется. У нас в академии даже предмет был ТБТ (в просторечии табуретка) — «Тактика боя с темными». После прорыва в его названии добавилось слово «силами», чтобы не было прямого оскорбления для соседей, но суть не изменилась. Светлые адепты боевого факультета по-прежнему изучали поражающий радиус темной магии и практиковались плести атакующие арканы.