Читая отчеты Панфия, сожалела лишь об одном: почему я раньше не обратила внимания на то, что все случаи нападения связаны с храмом? Панфий не пожалел даже своего служку, вселив в него инкуба.

И все ради того, чтобы удержать в Хеллвиле власть светлых. Но шпиону это оказалось не по силам, и, пока он вел свои игры, к границе с обеих сторон подтянулись отряды.

Видимо, месторождение было очень внушительным, раз ради него императоры решили рискнуть миром. Но, не одержав победу, сделали то, что умеют лучше всего делать политики: извернуть правду так, чтобы для народа она была красивой и правильной. Например, чуть было не начавшаяся война двух империй стала совместной дружественной военной операцией против восставшей нежити.

Правда, в учебниках по некромантии в параграфе «резервы магов смерти» появилось примечание: максимальная пропускная способность резерва при подпитке дикой силой составляет сто двадцать единиц. И в скобочках «но не для телохранителей темного владыки».

Но это все было потом. Пока же, после двух седмиц совещаний, дюжины склеивших ласты вестников, которые целыми стаями носились в Йонль, Тайру и обратно, все же была подписана Хеллвильская хартия.

Согласно оной полоса земель между Темной и Светлой империями, именуемая Шумерлинской топью, отходила во владения независимого княжества Гейзлорру. Надо ли говорить, что с обеих его сторон тут же появились две шахты по добыче гарлия: одна — со стороны светлых, другая — со стороны темных.

Сдается мне, что лет через триста два рудокопа встретятся под землей, ударят кирками друг о друга и завершат наконец дележ того, что так и не смогли (а точнее — не позволил один темный целитель) располовинить их предки.

— И все-таки звезда, — печально глядя на свое предплечье, выдохнул Эрриан и опустил рукав.

Я лукаво на него взглянула. В камине, перед которым он сидел, уютно полыхал огонь, нежно обнимая смолистые поленья, и беды прошлого стекали в забвение. За окном догорал осенний закат, окрашивая золотую листву в пурпур.

— А ты надеялся, что после сожжения она изменится на чернокнижную? — дразня, я показала запястье, на котором танцевал черный вихрь.

Мета Эрриана все еще не инициировалась полностью. Я уже успела выйти замуж, забеременеть, а супруг — почувствовать все радости отцовства и даже признаться, что с его наследником хлопот ничуть не меньше, чем с темным властелином (последнему он хотя бы пеленок не менял). А мета все никак не могла замереть и потихонечку росла.

— Ну, какой из меня целитель? — вздохнул светлый… уже светлый маг. — Я только вправить сустав могу. Или рану зашить. Или кости сложить. И то лишь потому, что у меня большой опыт в том, как их сломать…

— Вот видишь, ты уже многое умеешь! — Сев на подлокотник кресла, я обняла мужа.