— Джером, а ты не слышал о том, что на свете есть белый танец? — издалека начала я.

Темный замер с недочищенной репой в руках и осторожно ответил:

— Это когда лэриссы приглашают на паркет тех, кто не успел вовремя смыться?

— Да, — кивнула я. — А есть еще белый стол: когда дамы берут со стола все, что есть. Посему у тебя сейчас будет выбор: согласиться со мной вальсировать или накормить ужином.

Смуглый сориентировался быстро: лишь глянул на хмурого Эрриана, и на столе появилась еще одна тарелка — для меня. А что? Я и дама. И хозяйка. И вообще это моя репа!

Пока же смуглый был занят готовкой, мы с Эррианом переоделись. Я в кои-то веки надела штаны и рубашку, Эр натянул то, в чем, собственно, пришел «читать конспект». А потом был быстрый перекус и совещание, на которое подоспел и Астор. Он ударил в дверь кулаком с криком:

— Джер, ты там еще живой или мне за тебя уже можно мстить?

Я было ринулась открывать, но Эрриан меня опередил. Ох, чую, еще не скоро после сегодняшней ночи смогу первой встречать гостей. Если, конечно, оно будет, это «завтра».

Но за порогом убийц не обнаружилось. Лишь обеспокоенный рыжий. Увидев Эрриана, он выхватил кинжал, но потом сообразил, что противник не безумен, а Джером — жив, и опустил оружие. Рыжий так и не узнал, что был на волосок от смерти: за спиной Эрриан тоже держал нож.

— Я думал, ты уже покойник, — протянул Астор. — Джер словно с цепи сорвался из трактира. Помчался в ночь с криком, что все же Эйта победила и ему нужно срочно тебя убить.

— Увы, к моей радости, пока еще нет, — криво усмехнулся Эрриан и посторонился, пропуская рыжего внутрь.

Когда мы принялись за обсуждение, за окном колокол ударил четыре раза, возвещая, что рассвет уже близок.

— Ты уверена, что все произойдет именно сегодня? — в который раз спросил Астор, глядя на расстеленную на столе карту.

— Думаешь, госпожа Смерть прибыла заранее, за пару дней или еще лучше — за седмицу, чтобы сначала посетить местные достопримечательности, познакомиться с традициями Хеллвиля.

— Сжигать ведьму, например, — не удержался Джером. — Очень хороший обычай.

Ехидный змей! Впрочем, я тоже была далека от состояния благодушия. Да что там… Если откровенно — настолько зла, что, появись на пороге моего дома сейчас болонка Громовержец и начни тявкать, я бы его перетявкала. Посему мысленно пожелала пожирателю большой любви. Ну чтобы оная была пудов этак на пять и смуглый нес ее от алтаря (или где там заключают браки темные) на руках. Правда, сделала это мысленно. Но, видимо, моя коварная улыбка меня все же выдала. Во всяком случае, я удостоилась крайне подозрительно взгляда смуглого.

— Насколько хорошо просматриваются окрестности с колокольни? — задал вопрос Эрриан.